Я секунду смотрела на него, а после лихорадочно стала тянуть платье вниз. Даже представить себе не могла, как выгляжу. Нижнее белье промокло насквозь, щеки горели, а все внутри было запачкано похотью.
Не лучший внешний вид для гала в честь ДЕТСКОЙ ОРГАНИЗАЦИИ!"
"– Самая сексуальная девушка, которую я когда-либо видел, – прохрипел он, приводя себя в порядок со страдальческим выражением на лице.
Я взглянула на его эрекцию.
– Мы не можем выйти на улицу, пока здесь этот монстр!
Ари уставился в потолок и начал свою обычную песенку «старые морщинистые яйца», пока я наблюдала, как водитель приближается к двери.
– Быстрее! – шепотом крикнула я, снова опуская взгляд на член.
– Не кричи на «Максимуса 5000»! Он не любит, когда на него давят, – прошипел Ари в ответ.
Я расхохоталась.
– «Максимус 5000»?
– Это ласковое прозвище. Оно есть у всех великих.
Водитель открыл дверь, и даже вспышки камер снаружи не смогли заставить меня напрячься.
Не тогда, когда «Максимус 5000» ощутимо упирался мне в спину, в то время как мы шли по красной дорожке, ведущей на гала-вечер.
Ари все это время пытался скрыть свою «проблему».
Должна признать… это было идеальным отвлекающим маневром.
Команда Ари, занимающаяся «Потерянными детьми» превзошла саму себя, организовав мероприятие, которое даже Шепфилдам было бы трудно раскритиковать. Прием проходил в недоступном для всех особняке Розвуд, и все там было просто великолепно. С высоких потолков свисали хрустальные люстры, отбрасывая теплое и неземное сияние на все пространство.
Воздух был пропитан насыщенным ароматом свежих бутонов, их яркая расцветка резко контрастировала с декором цвета слоновой кости и золота, который украшал комнату. Огромные позолоченные зеркала, висевшие вдоль стен, отражали все это, как в бесконечном сне.
Гости, одетые в самые элегантные наряды, общались и смеялись, их голоса сливались в гармоничную симфонию радости и торжества. Мужчины в строгих смокингах и женщины в струящихся платьях из шелка и атласа грациозно двигались по мраморному полу, их смех и болтовня дополняли атмосферу веселья.
Столы были украшены замысловатыми композициями из роз и лилий, лепестки были мягкими и нежными на фоне тонкого фарфора и хрустальной посуды. Официанты в накрахмаленной униформе пробирались сквозь толпу, предлагая гостям подносы с шампанским и закусками, их движения были словно поставленными хореографом, судя по их точности.
