В ее внешности не чувствовалось никакой угрозы, и если она как следует научится владеть мечом, такое сочетание обеспечит ей неоценимое преимущество.
– Не сомневаюсь, – ответила она и пошла на него.
– Вчера вечером ты не была такой уверенной, – напомнил он ей, когда они осторожно пошли кругами, изготовившись к бою.
– То была минутная слабость.
– Итак, убить или быть убитой?
– Дево загнали меня в угол.
– Я надеялся, что ты в конце концов поймешь эту горькую правду. Самое главное для приличной девушки быть милосердной, но когда она оказывается лицом к лицу с мужчинами, которые хотят ей смерти, милосердие превращается в слабость, в недостаток, которым мужчины пользуются как преимуществом.
– Знаю. Поэтому у меня не дрогнет ни рука, ни сердце.
– Умница! Только не забывай: сейчас будешь сражаться не с ними, – усмехнувшись, добавил он, а потом нанес удар.
Жизель легко блокировала его, и он удовлетворенно кивнул. Какое-то время сдерживался и не давал себе воли. Его удивляло, как быстро она освоилась с приемами.
Найджел вдруг сообразил, что она не только решила продолжать учиться, но и поняла, что сражаться означает выжить, что меч можно использовать для убийства, а можно и для того, чтобы остаться в живых. Вряд ли Жизель когда-нибудь станет по-настоящему сильным бойцом, в особенности если для схватки потребуется сверхвыносливость, но у нее хватит стойкости и решимости сражаться как следует.
Он усилил натиск. Каждый раз, блокируя ее выпад, он объяснял, как он это сделал и что можно противопоставить ему в ответ.
Она начала уставать, и он понял, что ее нужно учить коварству и хитрости, чтобы восполнить нехватку сил. На ее стороне должны быть искусство вести бой, острый глаз и ум. Тогда она победит. В ней сил было больше, чем в любой другой женщине, но она все равно никогда не сможет выдержать длинную, тяжелую схватку со взрослым мужчиной, если не будет иметь в рукаве какой-нибудь хитрый финт.
Она чертыхнулась, когда Найджел снова выбил у нее меч.
– Может, я ошибаюсь, и на самом деле существуют вещи, для которых женщины не предназначены.
– Нет, милая, ты все делаешь лучше, чем можно себе представить.
– О Господи! Ненавижу ошибаться. – Она улыбнулась, когда он расхохотался, затем подняла меч и вложила в ножны. – Ты, конечно, очень любезен, но я постоянно теряю меч.
– Теряешь, потому что устаешь. Тебе нужно как следует набить руку. А еще научиться быть коварной. Думаю, твое главное оружие – ум и скорость. И победа за тобой.