Взгляд Чэнса стал напоминать взгляд маньяка-убийцы. Он не на шутку взбесился, и я не могла подавить чувство огромного удовлетворения по этому поводу.
В то же время, наблюдая, как массажистка таким же манером прикасается к Чэнсу, я тоже испытывала уколы ревности, но была слишком поглощена тем, как он следил за мной, и мне было недосуг анализировать, ревновала я или возбуждалась. Возможно, и то, и другое.
Некоторое время спустя, наблюдая, как Чэнс следует взглядом за каждым движением рук Джеймса, я не удержалась и спросила:
– Эй, ты в порядке?
– Нет, – прохрипел в ответ Чэнс.
Он и в самом деле сходил с ума от ревности, а мне было трудно его понять. Если бы он только знал, что все это время я воображала, будто это он прикасается ко мне. Мне хотелось этого больше всего на свете.
– Сколько времени это займет? – обратился Чэнс к массажистке.
– Постарайтесь расслабиться, сэр. Вы очень напряжены.
Спустя сорок минут массаж закончился. За все время Чэнс так и не выпустил из поля зрения руки Джеймса.
Я это точно знала по одной-единственной причине – я сама непрерывно следила за тем, как Чэнс наблюдал за мной.
Обстановка значительно разрядилась, когда Анна и Джеймс вышли и оставили нас одних, чтобы мы могли одеться.
– Как самочувствие? – спросила я у Чэнса, стоящего спиной ко мне.
– Хуже, чем когда я вошел сюда.
– Что так?
– Потому что я заплатил целых триста пятьдесят долларов только за то, чтобы посмотреть, как какой-то мужик в течение часа лапает тебя.
– Значит, когда другая женщина прикасается к тебе – это нормально, а когда ко мне прикасается мужчина – это тебя бесит?
Неожиданно он резко повернулся ко мне, и поскольку я так и не успела одеться, то была вынуждена прикрыть грудь майкой.
– Меня бесит, когда к тебе прикасается какой-то посторонний мужик, а мне это запрещено, – в сердцах рявкнул Чэнс и тут же отвернулся, чтобы я могла закончить одеваться. Молчание длилось недолго. В конце концов он сказал: – Извини, Обри. Я вел себя как полный козел.
Как же мне нравится его ревность!
– Тебе повезло, у меня богатый опыт общения со всякими козлами и нахальными негодяями, так что мне не привыкать, – произнесла я, просовывая руки в прорези майки.
– Значит, у нас ничья, но мне бы хотелось передать пас тебе и предложить все же воспользоваться правом выбрать, чем будем заниматься вторую половину дня."
"– Принято. Думаю, нам обоим не мешало бы поостыть. Вдобавок от этого масла мы липкие с ног до головы.
