С настоящим демоном, который так со мной… как змей искуситель, потом ноги об меня вытер при других…
«Зверей пугать». Это… Это он о моих шрамах, что ли?! Голова от такого осознания становится пустой совсем и гулкой. Сглатываю, пытаясь привести мысли в порядок, путаясь вернуться в себя.
Но не получается. Страшное ощущение, когда словно со стороны наблюдаешь, как погружаешься в пропасть, а остановиться - никак.
Убийство, угроза жизни, побег, жуткая дорога, дом в лесу, дикий секс, встреча с рысью, насмешки человека, которому я доверяла…
Да тут кто угодно умом тронется!
И шрамы… Он вчера ничего не сказал.
Он и в первый-то раз ничего не… Но это не значит, что не видел! Это не значит, что…
Ох…
Слезы льются все сильней, я их уже и не останавливаю.
Он сказал это, зная, что я изувечена. Да.
И… И рассказал своему брату! Точно! Не зря же тот так хохотал!
Глава 19
Глава 19
Когда неожиданно упираюсь в широкую твердую грудь, даже не поднимаю взгляда.
Конечно, он пошел за мной!
Он же отвечает за меня перед папой!
Только поэтому!
Шарахаюсь в сторону, отворачиваюсь, закрываю лицо руками, чтоб не видел слез.
Почему-то ужасно стыдно за свою слабость. Глупость.
Если он сейчас что-то опять съязвит в своей привычной манере, я же… Черт… Я же умру прямо тут. Просто сердце остановится, и все.
Кирилл перехватывает меня , держит крепко за плечи, смотрит в залитое слезами лицо.
— Марта, ты что? — ошарашенно выдыхает, наконец.
Не отвечаю, закрываю лицо, он с силой разводит пальцы.
— Марта! Да ответь ты уже!
Встряхивает меня, пытаясь привести в чувство.
— Рысь… Дорога… Шрамы… Пугала… — захлёбываюсь я слезами, не в силах все же сдержаться, хоть и слабость это перед ним, и глупость, — устала так…
— Ну, ты даёшь, — он резко прижимает меня к себе с силой. Так руками обхватывает, что скрывает почти полностью. — Пожалуй, я и забыл, как с женщинами общаться.
— Б…б…будто не общался до меня, — продолжаю я, всхипывая и заикаясь.
— Общался, конечно. - Он обнимает меня, гладит, голос звучит так умиротворяюще, так ласково, утешительно, что, невольно успокаиваюсь. Кирилл чувствует это и продолжает, - и вполне себе проникновенно: либо раком, либо в рот.
Скотина-а-а-а!!!
Я дёргаюсь, желая вырваться из гадских рук. Но куда там, даже шевельнуться не дает!
А я и без того на грани же, потому не выдерживаю и просто белугой реву в его плечо.
