Цеплялась за него, уже потерявшего сознание, и не могла никак отпустить.
А потом сидела под дверью медсанчасти, приятгивая недоумевающие взгляды местных. Хороша я была, наверно, грязная, вся в крови и слезах…
А потом пришел Юрка.
Я вскочила, тревожно вцепилась в его куртку, с ужасом ожидая… Страшного. Того, после чего жить не стоит уже.
— Марта, — Юрка взял моё лицо в ладони и заглянул в глаза. — Пока жив. Ты должна лететь.
— Я без него…
— Цыц! — рявкнул Кирсанов. — У тебя дело. Я уже связался с твоими… Ты обязана помочь засадить за решётку мразь.
Это твой долг, как гражданина, как будущей матери и всякое такое… — он был немногословен, речи толкать не любил, надеялся, что я всё пойму. — Кирилла тоже увезут, потеря крови большая очень, но удалось остановить. Сейчас заштопают на быструю руку. Я позабочусь о нём, обещаю. Марта, я обещаю тебе.
— Обещаешь… Обещаешь… — я его не видела из-за пелены слёз, он куда-то пропал.
Я разрыдалась, вцепилась в него, не желая слушаться и уходить, но Юрка все же победил, настоял на своем.
"
"Прижал к себе с силой на прощание, еще раз пообещал, что с Кириллом все будет хорошо... Сдал в надёжные руки неизвестных мужчин…
Господи!!!
И все.
Летели с пересадкой. Меня посадили на военный маленький самолёт, встречала сама Светка, всё кинула, как только узнала, что я вышла из тени. Подруга подумала, что я никому не стану доверять, и правильно подумала. Я вышла к ней вся чумазая, в крови, потому что отказалась умываться и переодеваться.
Света у нас по кабинетам скиталась, на передовой не бывала, практически, даже на обыски ездила через раз, её Мартиша-художница в таком виде шокировала. Поэтому ещё в месте пересадки, она звонила своему полковнику и выносила ему мозг, чтобы обеспечил и защитил…
Он обеспечил и защитил, конечно…
Но разве он мог так, как Кирилл?
В себя я приходила сутки, спала только с таблетками.
Когда немного очухалась, тут же кинулась искать Кирсанова, позвонила папе.
Это он нашёл мне настоящего защитника, он и должен был сказать, где искать.
И узнала, что у папы инсульт, и такой сильный, что пропала речь, отнялась правая рука… Да и что толку в руке, он не мог писать, путались мысли в голове. Врач сказал, что если тренироваться, делать специальные упражнения, то всё может восстановиться, но рука уже вряд ли…
Папу хватил удар как раз перед тем, как меня привезли. Видно, сильно перенервничал мой железный отец.
