— Не трогай грязной рукой! — Замечаю, что он, войдя в лифт, вытирает кровь
с брови.
— Спасибо за заботу, — снова улыбается. — Непривычно слышать от тебя
подобное.
— Издержки профессии.
— Маш, я приехал попрощаться с тобой и Тасей.
— Уезжаешь? — хмуро смотрю на него.
— Меня уволили из банка. Планирую продать дом и уехать из Сочи. После
продажи открою счет для Таси и положу деньги под процент. Ей пригодятся, когда вырастет.
Двери лифта открываются, и я выхожу из него, чувствуя облегчение внутри.
«Неужели он даст нам спокойно жить?»
Войдя в квартиру, смотрит на коробки и резко мрачнеет.
— Сегодня переезжаете к нему?
— Да, — киваю, отрывая скотч с коробки, стоящий у двери, и достаю аптечку.
— Повернись ко мне.
Прижимаю вату с перекисью водорода к его брови, поднимаю взгляд, несколько секунд смотрю в глаза бывшего мужа и понимаю, что он стал для
меня совершенно чужим человеком. Как будто просто обрабатываю рану
пациенту.
Кирилл медленно чертит невидимую линию по моему лицу, изучая каждую
родинку, каждую морщинку.
Его глаза цвета, как у сибирских хаски, словно
опустошены. Взгляд безжизненный, горький. В последний раз я видела его
таким на похоронах его матери.
— Прости меня за все, Маш, — хрипло произносит он. — Я очень виноват
перед тобой и Тасей. Ты была самой лучшей женой, и… мне жаль, что я
слишком поздно это осознал.
Кирилл проводит тыльной стороной ладони по моему лицу и, пристально
глядя в глаза, заправляет за ухо прядь волос.
— Спасибо тебе за все. — Неожиданно прижимает меня к себе. — Годы, проведенные с тобой, всегда были и будут лучшими в моей жизни.
От этих слов сжимаюсь в комок. Возможно, я просто очень долго ждала их.
Ждала, когда он оценит все, что я для него сделала, и просто скажет
«прости». Но вместо извинений на протяжении нескольких месяцев мне
приходилось терпеть его пакости.
Я думала, что расстаться с ним по-человечески не получится, но ошиблась.
— Надеюсь, ты тоже найдешь свое счастье, — тихо произношу я и обнимаю
одной рукой подбежавшую к нам Тасю. — Тась, папа уезжает. Попрощайся с
ним, а я пойду закончу с коробками.
Они минут десять общаются на кухне, затем мы провожаем Кирилла, и
буквально через пару минут в квартиру входят грузчики.
Крепкие мужчины выносят к лифту коробку за коробкой, а я сижу на диване и
пытаюсь понять, что испытываю после разговора с Кириллом.
