– Да? – Нора вскинула брови вверх. – Он тебе нужен? А я, к счастью, обхожусь без часов. Всегда просыпаюсь вовремя сама.
И это правда. Иногда мне кажется, что Элеонора наполовину робот: ну не может нормальный человек работать, как она.
– Садись, – велела хозяйка, – сегодня проверишь парочку адресов. Сначала Челышеву Людмилу Федосеевну. Она имеет кучу детей мал мала меньше, работает уборщицей. Старшему сыну требуется операция…
Начав зарабатывать большие деньги, Нора основала фонд «Милосердие» и порой дает нуждающимся крупные суммы.
Письма мы получаем пачками, я отбираю те, где факты выглядят более или менее правдоподобно, и отдаю хозяйке, а она уже решает, кому сколько. Но перед тем как отправить человеку деньги, Нора посылает меня проверить состояние его дел. Я еду по указанному адресу и беседую с претендентом на материальную помощь. Человек может говорить о своем положении что угодно, мне же достаточно посмотреть на его квартиру, детей и под благовидным предлогом попросить открыть холодильник.
Никогда не забуду бабушку с хитро поблескивающими глазками, плачущую около дребезжащего допотопного «ЗИЛа». Но когда я попросил стакан холодной воды, сказав, что от теплой у меня начинается приступ астмы, бабуся распахнула обшарпанную дверцу, и перед моими глазами возникло восхитительное зрелище: баночка черной икры, кусок осетрины горячего копчения, палка колбасы, сыр, масло, майонез, яйца… Одним словом, очень вредные для старческого организма продукты, купленные явно не на нищенскую пенсию.
– Ты меня слушаешь? – прервала поток моих воспоминаний Нора.
Я кивнул:
– Конечно, много детей, а сама зарабатывает копейки…
И тут ожил телефон. Хозяйка схватила трубку:
– Привет, Николаша, как дела?
Я откинулся на спинку стула. Николай – это сын Софьи Чуевой, ближайшей приятельницы Элеоноры. Парень недавно отметил двадцатипятилетие и собирался жениться.
– Что?! – закричала Нора, неожиданно бледнея. – Что?!
Я подскочил на стуле. Николай явно сообщил Элеоноре какое-то не слишком приятное известие.
Моя хозяйка положила трубку, молча вытащила сигареты, почиркала золотым «Ронсоном», потом отшвырнула не желающую работать зажигалку, схватила со стола копеечный пластмассовый «Бик», закурила и сказала:
– Соню арестовали.
Я чуть не свалился на пол.
– Что?!
– Соню арестовали, – повторила Элеонора. – Николаша сообщил. Он, как понимаешь, от всего произошедшего в невменяемом состоянии.
– Но за что? – только и сумел спросить я.
