Но избавиться от чувства обиды я не мог. Мои ощущения неподвластны чужим распоряжениям.
– Вот и замечательно, – засуетился Макс. – Глеб, ты бы нам кофейку сгоношил…
Один из угрюмых парней по-прежнему молча открыл сейф, вытащил оттуда банку «Нескафе», пачку сахара и включил чайник, стоявший на подоконнике. Я наблюдал за «кофейной церемонией», чувствуя, как в душе колышется вязкое желе обиды. Иванушка-дурачок! Макс определенно хотел меня уколоть, потом спохватился и начал мести хвостом.
Вскоре перед нами появились фаянсовые кружки с темно-коричневым напитком.
– Ладно, – улыбнулся Макс, – начну сначала. Итак, сказочка про… любовь. Она, знаете ли, бывает разной. Можно обожать жену, ребенка, собаку… А можно страстно любить деньги, драгоценности и прочие атрибуты роскошной жизни. Встречал я таких людей. В общем, ничего плохого нет в том, когда богатый человек тратит средства на утоление своих желаний. Сам заработал тысячи, сам их по ветру и пустил. Кому от этого плохо? Безобразие начинается, когда потребности не совпадают с возможностями, а если в этом случае личность еще и не умеет управлять своими желаниями – жди беды.
Именно так и получилось с Беатой Быстровой."
"Девочка родилась в более чем бедной семье. Отец пил горькую, тащил из дома все, что плохо лежит, мать зарабатывала копейки и пыталась поставить на ноги двух дочек. Когда Беата вспоминала детство, впрочем, она не слишком любила возвращаться в то время, которое большинство людей считает лучшим периодом в жизни, перед девушкой всегда вставала одна и та же картина: отец, роющийся в комоде, и мать, рыдающая на полу.
Папенька, обладая звериным чутьем, всегда находил «захоронки», куда бедная мать прятала кровью и потом заработанную копеечку. Но потом неожиданно привалило счастье: маменька убила мужа.
– Да ну?! – подскочил я. – А все, кого я ни спрашивал, говорили, что отец Беаты и Леры ушел из семьи, а их мать умерла.
– Нет, – покачал головой Макс, – Андрей довел Валентину до того, что она схватилась за сковородку.
Несчастная баба не собиралась никого убивать, она просто оборонялась от озверевшего пьяницы, твердо решившего, что перед ним не жена, а страшное чудовище.
– Белая горячка, – протянула Нора.
– Именно, – кивнул Максим, – к сожалению, частый случай. Допился до зеленых чертей, потерял адекватность. Как правило, в таких ситуациях страдают жены, но иногда случается наоборот.
Когда приехала милиция, Валентина рыдала над трупом, рядом валялась злополучная сковородка.
