Пьянчуга с вожделением следил за моими руками. Наконец ассигнация увидела свет. Я помахал ею перед носом алкоголика.
– Лиза, двухлетняя малышка. Ваша жена, случайно, не подрабатывает няней?
– Дворники мы, – насупился мужик, – Танька проспект скребет у супермаркета, а Лизка при ней. Зачем она вам понадобилась? Может, я на что сгожусь?
Я сунул портмоне за пазуху.
– Нет, милейший, дальнейший разговор я стану вести с вашей супругой. Где этот супермаркет?
– В двух шагах, – прохрипел пьяница, – аккурат влево идите. «Голубая долина» называется.
Я двинулся в указанном направлении, наслаждаясь свежим воздухом, который после затхлой атмосферы барака показался просто упоительным. Супермаркет и впрямь был в двух шагах. Возле лаково блестевших ступенек бродила толстая баба, замотанная в грязно-розовую китайскую куртку. В руках наяда держала лом. Я подошел вплотную к красавице и поморщился. Даже мой не слишком капризный нос уловил отвратительное амбре: смесь запахов пота, дешевой водки и грязных волос.
– Вы Татьяна?
Женщина откинула капюшон.
Я вздрогнул. Лицо дворничихи напоминало географическую карту, все желто-зелено-синее. Один глаз заплыл, над другим нависала рассеченная бровь, губы покрывали то ли ссадины, то ли болячки.
– Слышь, хозяин, – прогундосило небесное создание, – все очистила, подмела, хошь, еще ступени помою?
– Я не из супермаркета.
– А… чего тогда надо?
– Меня прислала Лера.
– Кто?
– Есина.
– Знать ее не знаю.
– Простите, где Лиза?
Татьяна оперлась на лом, очевидно, ноги плохо слушались хозяйку.
– А тебе зачем Лизка?
– Меня прислала Лера Есина за девочкой, велела забрать.
– Ах Ле-ерка, – протянула Татьяна, шумно вздыхая. – Давненько девку не брала, уж думала, не нужна она ей больше. Лизка со старшими у метро работает, ступай туда, только заплати сначала. Пятьсот рублей.
Думая, что Лера задолжала этой более чем странной няне, я полез за кошельком. Честно говоря, я совершенно не представлял, что стану делать с ребенком, просто понимал: малышку никак нельзя оставлять на попечении алкоголиков в жуткой квартире.
В конце концов, отдам ее отцу. Правда, девчушка одна, а предполагаемых папенек двое… Ну да не беда, сделают анализ, установят отцовство. Надеюсь, мужчины поймут меня.
Я стал отсчитывать сотенные бумажки, тут вдруг до меня дошел смысл только что услышанной фразы, и я безмерно удивился:
– Лиза работает у метро? Ей же всего два года?
– Ну так что? – рассмеялась Татьяна и ловко выдернула из моих пальцев ассигнации.
