Сначала она решила закричать, потом ударить подонка ножом, потом…
— И что мы тут готовим? — прозвучал знакомый ненавистный голос и Райве… успокоилась.
— А, это вы… — она продолжила нарезать запеканку, — вы меня напугали!
Вейнер застыл, пораженный словами девушки. То есть любой другой бы подобным прикосновением напугал, а ему оказывается можно… Это не могло не радовать! С другой стороны коготки этого очаровательнейшего создания он уже видел, а потому, продолжая обнимать девушку и откровенно наслаждаться этими прикосновениями, медленно произнес:
— Райве, я ни в чем не хочу вас обвинить, но… если с моими людьми случиться, хоть что-то… я просто не знаю что сделаю с вами, но приятного будет мало!
Развернувшись в кольце его рук, Райве с ненавистью взглянула на адмирала и… от чего-то сжалось сердце, по телу прошла теплая волна, а нож выпал из руки, с тихим звоном упав на пол.
— Я, — авийянка откровенно не могла понять, что с ней, решив, что это просто отвращение от его прикосновений, продолжила.
— Я никогда бы не причинила вред невинным людям… а тот единственный раз на Авийе был случайностью и… В общем, я не причинила бы вред вашим солдатам… я еще жить хочу. К тому же среди них те, с кем я подружилась и… Я уже сказала…
Но в этот момент адмирал, продолжающий обнимать супругу, смутно вспомнил толпу недружелюбно настроенного народа, в момент отлета с Авийи.
Игнорируя смущенные покашливания сержанта, Айрон переспросил:
— А что там случилось?!
— Неважно, — Райве опустила глаза.
— Таааак! Все любопытнее и любопытнее, — адмирал не любил рисковать своим личным составом, а потому отпустив девушку, тихо приказал. — Исчезла из пищевого блока, живо!
Вскинув голову, Райве в упор смотрела на мужа. В этом взгляде карих глаз промелькнуло неверие, непонимание, обида и в завершении Айрон проследил за тем, как самые прекрасные глаза на свете наполняются слезами.
Опустив ресницы на мгновение, Райве судорожно вздохнула, пытаясь сдержаться. От обиды задрожал подбородок, но и это проявление слабости она подавила. Медленно сняла перчатки, бросила на стол, следом полетел платок, а затем девушка стремительно выбежала из пищевого блока. И во всем этом было что-то… что вынудило адмирала нахмуриться, почувствовав себя виноватым.