"
"– Вы равноценный партнер, так что… Не скромничайте. Если у вас есть идеи, как возродить журнал, готова принять их к сведению, – улыбается мегера, обнажая ряд ровных белых зубов.
Возрождать? Вот это она загнула… Неужели, мы правда оказались в такой жопе, что отцу пришлось кланяться перед Лариным? Долгов у журнала нет, тиражи раскупаются, как горячие пирожки. Тогда зачем? Неужели, нововведения стоят того, чтобы пускать сюда чужих? На правах директора, партнёра, как Танюша выразилась?
Сглатываю поток нецензурной брани, который хочу вывалить на Таню, и мило улыбаюсь.
Милый пушистый мальчик, комнатная собачонка… Надо прикинуться хорошеньким, чтобы влезть ей под кожу. И в трусики…
На расстоянии чувствую, как она волнуется. И вижу, как снова твердеют соски под тканью рубашки… Проницательности мне не отнимать – я ее привлекаю… Мне же проще – добиться ее ухода будет не такой уж сложной задачей…
Глава 3.
Глава 3.
Татьяна.
Неужели, этот напыщенный индюк всерьез решил, что я пойду с ним в ресторан? Идея поставить Стрельбицкого на место приходит внезапно.
Обрушивается, как снежная лавина во время таяния снега в горах. Я послушно даю ему свой номер телефона, глуповато улыбаюсь и… убеждаю Марка, что свидание состоится.
И все время отворачиваюсь… Не могу на него смотреть… Не. Могу. Светло-карие глаза так и манят окунуться в их бездну. Растаять, растечься лужицей, как и тогда…
Почему я столько времени им болею? Не могу выбросить из головы этого мужчину, как ни стараюсь.
Я ведь пыталась. Ходила на свидания, целовалась через силу, но до постели дело не доходило. Я просто не могла переступить запретную черту. Не могла коснуться чужого тела, понимаете? А с Марком…
Я притворилась Машей. И единственное, к чему я была готова – грубость и боль. Я ведь шлюха, проститутка, с которой можно не церемониться, так? Но Марк, к моему удивлению, был деликатен. Смотрел на меня, как на спустившееся с небес чудо. Ласкал. Трогал, целовал губы, мял груди.
Тогда они у меня были значительно больше. Сейчас совсем другие – после похудения и грудного кормления Ули. Но Марк все равно заметил, что я без лифчика. Значит, я его привлекаю. Он рассматривал меня, как и все присутствующие. Осуждал, презирал, не знаю…
Мысли вновь уплывают в прошлое. Они всегда возвращаются в его квартиру, когда мне грустно или плохо… Когда я вижу его фотографии в обнимку с какой-нибудь знойной красавицей.
