Глубоко дышит и неосознанно прижимает меня к себе. И что теперь делать? Как перестать на него пялиться? На изгиб губ, дрожащие ресницы, мерно вздымающуюся грудь…
Ерзаю, пытаясь освободиться из его захвата. Поднимаюсь и на цыпочках семеню к выходу, заслышав хрипловатый голос за спиной:
– Ларина, не уходи… С тобой было так хорошо.
– Че-ерт… Разбудила?
– Ты вчера долго-долго говорила что-то заумное. Что мы с тобой не пара, а наши отношения несерьёзные. А потом подействовало вино… Я спустился запереть дверь, а когда вернулся… Вуаля… Ты выглядела до чертиков милой и беззащитной.
– Иди ты, Стрельбицкий, – улыбаюсь, прикрывая груди руками. – Что будем делать? Там только снега навалило.
– Безусловно, я знаю, что единственное, чего ты хочешь – провести время в моей постели, но…
– Иди к черту, позер! Марк, а мне кажется, единственное, что ты горячо любишь – твое отражение в зеркале.
– Не перебивай, Ларина, – произносит Марк, поднимаясь с кровати.
Голый. Голый! Статный, высокий, как греческий бог или модель рекламы нижнего белья.
– Мы поедем на рыбалку. Озеро совсем недалеко от нас. А на обратном пути можно покататься на собачьих упряжках. Как ты на это смотришь?
– Положительно. Бегу одеваться.
– Я сейчас закажу завтрак. Нам надо хорошо поесть. Ты взяла теплую одежду? Носки, варежки?
– Взяла, не волнуйся.
– И не думал.
– Так я и знала. Говорю же – свое отражение…
Стрельбицкий фыркает и уходит в душ. Мы встречаемся в гостиной минут через двадцать – когда парнишка-официант приносит завтрак.
Стряхивает с куртки рыхлый снег и неуклюже топчется на пороге.
– Ты неприхотливая, Танька, – произносит Марк, наблюдая, как я уминаю сырники с малиновым вареньем.
– Я люблю поесть. Тебе-то это точно известно. Но ради красивой фигуры приходится держать себя в узде.
– У тебя была красивая фигура.
– Прекрати, Марк, – нервно поднимаюсь с места. Споласкиваю чашку в раковине, хоть это и не требуется – посуду забирает персонал гостиницы.
– Ладно тебе, Ларина, – обнимает он меня со спины.
– Кстати, ты умеешь готовить?
– Да, конечно. У меня малышка, если ты забыл. И я…
– Мы можем принести пойманную рыбу домой и пожарить в духовке. Как ты смотришь на это?
– Отличная идея. Ну что, едем?"
"Хорошо, что мы все-таки выползли из дома… Я не могу надышаться. Воздух здесь удивительно вкусный. Солнце яркое, а снег – ослепительно-белый. Острые, растопыренные лапы деревьев словно пронзают свинцовое небо, а крупный снег щекочет щеки.
– Танюшка, смотри под ноги.
