— Ведь неделю назад нас проверяла пожарная инспекция, никаких нарушений не нашли, акт подписали, и вот… — она тяжело вздохнула и растерла ладони. — Двое погибших. Двое. Хорошо, что не дети. Впрочем, что я такое говорю… — она вдруг тихонько заплакала."
"— А кто? Кто погиб?! — абсолютно уже бесчувственными губами спросил Марк. Зачем, ну зачем он это спросил?!
— Не знаю, тела очень обгорели, — Анна Борисовна всхлипнула, вытирая грязные щеки рукавом куртки. — Но тела были взрослые. Дети все на месте.
— Это могла быть Кристина? — едва слышно, обреченно спросил Марк.
Анна Борисовна вскинула на него заплаканные, покрасневшие глаза.
— Что вы, нет, конечно.
— Как — нет? — Марк понимал, что сейчас он вообще не в состоянии думать и анализировать Он просто хочет, чтобы кто-то ему сказал, что Кристина жива!
— Кристина жива.
Марк тяжело опустился на мокрый металл рядом с Анной Борисовной.
— А где… где она?
— Так вы ничего не знаете?
— Конечно, я ничего не знаю! — рявкнул Марк. — Я только что приехал. Я знаю только, что был пожар.
И что Вероника жива! Больше я не знаю ничего, ничего, понимаете?!
Он тяжело дышал. Анна Борисовна прерывисто вздохнула.
— Судя по всему… — заговорила Анна Борисовна медленно и как будто неуверенно. — Судя по всему, Вероника испугалась при начале пожара. И убежала наверх, на самый последний этаж, и там спряталась. Но так получилось… Я не знаю, почему, но… Сильнее всего сразу загорелся именно последний этаж. Я была уверена, что Вероника уже на улице, мне казалось, нет, я была уверена, что видела ее там.
Я и Кристину туда же направила, на улицу — когда увидела в коридоре. Но Кристина пошла наверх. Когда она нашла… нашла вашу дочь, последний этаж уже был охвачен огнем, доступ к лестнице у них был отрезан. Пожарные развернули спасательный тент. Они прыгнули.
Марк пытался выщелкивать лишь факты. Соня сказала, что Кристину увезла скорая помощь — внезапно вспомнил Марк. Почему?! Тент не выдержал?! Они попали мимо тента, когда прыгали?! Марк задрал голову.
Последний этаж четвертый. Если с такой высоты прыгнуть на землю — можно разбиться насмерть. Но ведь Вероника цела. Значит, и Кристина должна была…
— Что случилось? — требовательно спросил Марк. Способность думать к нему возвращалась. Кристина жива. Это главное. — Они неудачно прыгнули? Травмировались?
— Нет-нет, они прыгнули хорошо, я сама видела, как они прыгали. Кристина упала спиной вниз, Вероника была сверху, так что у девочки никаких травм. Испугалась только.
