Так рефлекторно срабатывал ментальный предохранитель, напоминая Андрею о реальном положении дел: он босс, она его подчинённая. Ничего более.
Интересно, что она сказала бы, если бы узнала, с чего всё начиналось для него. Почему он её не уволил, почему не позволил бы сделать этого никому другому и почему он в конце концов стал встречаться с Катей.
Андрей перевалился на спину, закинул одну руку за голову и уставился в потолок.
Предприимчивая Катерина таки получила желаемое — статусного мужика, которым часто хвасталась перед подругами, будто своим тяжко отвоёванным трофеем.
Он об этом бы и не знал, да Никита — любитель сплетен и чужих тайн — зачем-то обо всём ему докладывал.
Их отношения в сущности-то и завязались из-за её подхода к делу. «Мы просто согреем друг другу постель, пока не отыщем кого-нибудь ещё», — предложила Катерина, пока он ломал голову, как прекратить все пересуды в офисе о его романе с Мироновой. После скандала на корпоративе её рано или поздно совсем затравили бы, а раздуваемые прессой слухи о её нынешней неприкосновенности и «неслучайном» получении места в компании бросали тень и на кадровый проект его отца.
Андрей не мог допустить, чтобы искренняя попытка Мироновой заступиться за официантку в итоге сломала жизнь ей и навредила компании.
Когда он видел, как после Нового года она каждое утро пробиралась по офису так, будто шла босиком по битому стеклу, потому что знала, конечно, знала, что говорили у неё за спиной…
Андрей заворочался и снова перевернулся на бок.
А он-то надеялся, ему удастся хоть немного поспать.
Предложение Катерины оказалось дельным, своей цели он достиг — близкое общение с Сарминой в конце концов свело на нет сплетни о его вероятном романе с Мироновой. Ну а их взаимное согревание постели со временем оба привыкли считать отношениями.
Нет, он не стал бы врать себе и выкручиваться — секс был отличный. Но в какой-то момент даже всё отличное приедается. А когда ты к тому же начинаешь отчётливо понимать, что помимо секса ищешь что-то ещё… Или, может быть, даже нашёл.
Давно нашёл, просто это что-то — не твоё и в руки к тебе не просится…
А ты, как бы от этого ни бесился, слишком уважаешь чужой выбор. И чужие границы."
"Но время шло, и Катерина начала рваться с поводка, на который мечтала посадить его. И всё-таки прежде им как-то удавалось находить общий язык, просто потому что их роман был… удобен, привычен.
