Экран до сих пор светился — с него на Волкова смотрело красивое лицо, которое почему-то даже после десяти месяцев отношений его подсознание отказывалось воспринимать как родное.
Может, потому что Катерина всегда позиционировала себя как хищницу. Кошку, которая гуляет сама по себе и не терпит никаких эмоциональных «поводков». Вот только себя к нему приковала надёжно и, кажется, очень надолго.
Не то чтобы он возражал. Но и сам на поводке ни за кем ходить не собирался.
Он наконец перестал играть в гляделки с телефоном и поднял трубку — в ухо ему заструился бархатистый голос, который без труда заводил его с полуоборота в их первые встречи.
Впрочем, своего влияния он не растерял и сейчас. Катенька умела пользоваться многочисленными достоинствами, которыми её наделила природа. Помножь это на редкостно чёткое понимание того, чего она хотела от жизни, и в полной мере представишь себе, какой опасной и притягательной женщиной была Екатерина Сармина.
— Привет, Андрюш. Не отвлекаю?
Он машинально взглянул на свои наручные часы:
— До конца обеденного перерыва я весь твой.
— Звучит заманчиво, — протянула она. — Жаль, я сейчас слишком далеко от центра, иначе простым обещанием ты не отделался бы.
— Ну, Кать, ты же знаешь, в своём кабинете я только работаю.
Она, конечно, расслышал улыбку в его голосе, потому что тихонько рассмеялась своим низким, заводящим смехом. И стало вдруг очень жаль, что впереди ещё целая половина рабочего дня, а в его случае не исключено, что эта половина спокойно перерастёт и в две трети.
— Ладно я не дразнить тебя собиралась. На самом деле, мне только что перезванивали из «Снежного рая».
— Так…
— Говорят, что с заказом коттеджа лучше поторопиться. Они разлетаются как горячие пирожки.
Неудивительно. Погода в этом году не спешила помогать с созданием новогодней атмосферы, и все, кто в состоянии был преспокойно расстаться с круглой суммой за удовольствие отпраздновать Новый год в элитных горных коттеджах, сейчас активно бронировали жильё.
— Заказывай.
— Правда?
— Тут и думать нечего. Подальше от цивилизации недели на полторы. Можем и на две остаться. Как на такое смотришь?
Он скорее почувствовал, чем услышал, как она ахнула.
— Ты серьёзно?..
Да-да, от него такое слышать, наверное, крайне непривычно. Но трудоголизм ещё никого здоровее не сделал, а он за всю работу, что удалось проделать за этот год, несмотря ни на что, вообще-то заслужил хотя бы на полмесяца вывалиться из активной жизни.
