И да, я вляпалась в говно, связавшись с Денисом и тем ублюдком, на которого он работает. Очень пожалела. Сейчас пришла попросить у тебя прощения. Потом скоро уеду отсюда как можно дальше, иначе меня убьют. Прости, хорошо? И верь ему. Он тебя защитит. — Последние предложения она говорит настолько тихо, что я едва могу расслышать.
Моя машина останавливается в пяти метрах от нас. Оля выходит и идёт к нам. Она обнимает меня, а я, воспользовались случаем, смотрю в ту сторону, где эта Аля что-то увидела. Мужчина стоит у черного внедорожника наблюдает за нами.
Притворившись, что не увидела его, улыбаюсь подруге.
— А это кто? — Олька выгибает бровь.
— Подумай хорошенько, ладно? Не руби сгоряча, себе же хуже сделаешь. Он тебя любит и при любом раскладе не оставит. Пойдет за тобой даже в ад.
Альбина тычет пальцем мне в грудь и я вижу, как дрожит ее рука. Она притворяется, и это все какой-то спектакль. Но она точно чего-то боится.
— Ты же умная женщина, — цедит Альбина сквозь зубы, а потом толкает меня и быстро уходит.
— Эй! — Оля уже подаётся вперёд, хочет догнать, я ловлю ее за локоть.
— Пусть катится, — говорю нарочито громко. — Пойдем.
Уже дома рассказываю подруге обо всем. И о разговоре с Мишей, и о том, что сказала эта дрянь, которую я на дух не переношу.
Нет, после ее слов легче не стало. После сегодняшнего разговора с Мишей я и так уверилась, что между ними ничего не было. Он говорил искренне, и да, я ему поверила. Но он все равно к ней ходил. А когда вернулся, от него пахло ее духами.
И вот это больно. Вот это я простить не смогу. Он унизил меня словами и разбил мне сердце. Он… он…
О, боже, он столько всего сделал…
— И что собираешься сделать?
— Без понятия вообще.
— Думаешь дать ему второй шанс? Было бы неплохо. Я верну тебе твою машину, — смеётся Оля. — Кстати, квартиру должны были снять…
Выдыхаю. Сама не понимаю, чего хочу. Уехать? Это необходимо. Я боюсь оставаться здесь. Не думаю, что кто-то поедет со мной в какую-то глушь, лишь бы навредить мне и так отомстить Михаилу.
Обо мне даже думать не будут.
Но и Мишу здесь страшно оставлять. Что бы между нами ни произошло… Я боюсь за него. Боюсь за его жизнь.
— Пусть снимают, — решительно заявляю я. — Приготовишь что-нибудь? Я душ схожу. Остыть надо и подумать. А вода всегда помогает.
— Конечно. Мясо пожарить?
— Я не против. Спасибо. — Встав, целую Ольку в щеку и иду в ванную, на ходу расстегивая пуговицы блузки.
