Хорошо, что додумалась привезти сюда запасное белье и кое-какие вещи, но среди них нет сменной рабочей одежды.
Моя рубашка слегка помялась, придется явиться в прокуратуру пережеванной.
Расул двигается по кухне, включая чайник и микроволновку.
Стоя посреди гостиной, я заправляю рубашку под юбку-карандаш. Верчусь по квартире в поисках своей заколки.
Судя по всему в микроволновке вчерашняя пицца, но поесть я все равно не успею.
— Во сколько тебя забрать? — слышу я вопрос.
— В восемь…
Сегодня пятница. Это наши вторые совместные выходные.
Минаевы пригласили нас в гости, после работы я отправлюсь домой, чтобы переодеться и взять вещи. Расул заберет меня оттуда.
Теперь, когда мы “в отношениях”, я ночую дома через раз. Отец уже дважды просил привести моего мужчину домой на ужин, раз уж… у нас все “серьезно”.
Я не знаю, насколько у нас серьезно, ведь единственное будущее, в которое мы заглядывает - это дата начала моих месячных.
Я не реагирую на просьбу отца не поэтому. А потому что… это словно дежавю.
Словно это уже было и… я избегаю этого повторения. Меня заставляет этот безотчетный страх, и я этой слабости потакаю. Строю для отца отговорки, избегаю. Боясь пускать в наши с Расулом Алиевым отношения хоть кого-то.
По той же причине я отказалась от предложения материт составить им с Даниилом компанию на следующих выходных. Ее муж уезжает в долгую командировку. Я соврала, сказала что придется работать в те выходные. На самом деле это все страх. Мое дежавю. Я не хочу садится в поезд, не хочу уезжать…
Расул выставляет на стол тарелку с пиццей.
Он двигается энергично, словно отлично выспался и готов к новому дню, каким бы сложным тот ни был. В последнее время он такой всегда. Очень… энергичный…
На нем только шорты.
Он никогда не бывает изжеванным.
Ксюша прислала мне его фото. Те, которые сделал фотограф для новой рекламной компании их спортивной школы. На них Расул тоже по пояс голый и в перчатках. Позирует, выставив перед лицом кулаки.
Скоро эти фото будут на всех билбордах города, так что у его соцсети раз в пятьсот прибавится подписчиков, не сомневаюсь.
Точнее подписчиц.
— Я не успею, — говорю, имея в виду предложенную мне пиццу.
Он не умеет готовить. Совсем ничего, даже бутерброды как следует не нарежет, но в его холодильнике всегда есть еда, ведь он… умеет о себе заботиться. И не только о себе. Обо мне тоже. У меня было множество возможностей оценить то, что до моей работы отсюда пешком всего пять минут.
