Когда я умолк, профессор долго молчал, сохраняя непроницаемое выражение лица. Извлек из ящика стола коробку с сигарами и серебристый нож-«гильотину». Не спеша просунул кончик сигары в отверстие ножа и отсек.
– Давайте начнем с контрпереноса, – наконец произнес он. – Расскажите о своих ощущениях, прямо с первых минут сеанса. Что вы испытывали, когда Алисия стала рассказывать о случившемся в ночь убийства?
– Наверное, любопытство, волнение и даже страх.
– Был ли это ваш страх или отражение эмоций Алисии?
– И то и другое.
– Чего же вы боялись?
– Трудно сказать. Возможно, неудачи. Слишком многое я поставил на карту.
– Понимаю… Какие еще возникали ощущения?
– Фрустрация. В ходе сеансов с Алисией я очень часто испытывал это чувство.
– А злость?
– Пожалуй.
– Как раздраженный отец, который не может найти подход к трудному ребенку?
– Верно. Я хочу помочь Алисии, но не уверен, хочет ли она моей помощи.
– Расскажите о злости. В чем она проявлялась?
– Часто под конец сеансов у меня жутко болела голова, – признался я.
– Так. – Диомидис кивнул. – Организм пытался выпустить пар. «Если начинающий психотерапевт не испытывает волнение, потом ему обязательно станет плохо». Знаете, чьи слова?
– Нет, но мне и плохо, и волнительно одновременно.
– Но вы и не начинающий психотерапевт. – Профессор заулыбался. – Хотя полностью избавиться от этих неприятных ощущений не удается даже опытным специалистам… – Он поднялся из-за стола с сигарой в руке. – Пойдемте-ка покурим.
* * *Мы стояли во дворе возле пожарного выхода.
Диомидис попыхивал сигарой, размышляя над услышанным.
– А ведь она лжет, – наконец произнес он.
– Вы о незнакомце в маске, который застрелил Габриэля? Я тоже так думаю.
– Не только о нем.
– А о чем же еще?
– Рассказ Алисии – ложь от начала до конца. Не верю ни единому слову."
"Я удивленно воззрился на профессора. Я предполагал, что он подвергнет сомнению некоторые части этой истории, но никак не всю ее целиком.
– То есть вы не верите в существование нападавшего?
– Нет, не верю.
Человека в маске не существует. Алисия его выдумала.
– Почему вы так уверены?
– Считайте, что у меня сильно развита интуиция. Годы практики с фантазерами. – Я попытался возразить, но Диомидис остановил меня взмахом руки: – Безусловно, я не рассчитываю, что вы примете мою точку зрения, Тео. Вы слишком вовлечены в работу с Алисией, и тут уже не разберешь, где чьи чувства. Свою задачу я вижу в том, чтобы распутать этот клубок: отделить ее ощущения от ваших.
