Впрочем, главному ли? Вряд ли новость о беременности Аливиры была чем-то из ряда вон выходящим и могла послужить единственной причиной появления здесь тети. Значит, пришла она не за этим. И беременность Аливиры можно считать только одной из новостей.
— Поздравляю ее и Стивена, — совершенно искренне произнесла я. — Наверное, они оба рады.
Тетя посмотрела на меня странным взглядом. Так обычно смотрят на изувера инквизитора, который пытает несчастную, совершенно невинную ведьму. И? Что я не так сказала?
— Ингира, им нужна твоя помощь, — последовал ответ на мое недоумение.
— Тебе все равно не нужно приданое. Отпиши Стивену свою часть.
Я недоуменно моргнула. Я что должна сделать?!
— Почему? — наконец, после обретения дара речи, смогла задать я волновавший меня вопрос. — Почему я должна отдавать Стивену свое приданое.
— Аливира беременна, — терпеливо, как маленькому ребенку, пояснила мне тетушка. — Они серьезно потратились. Стивену нужно отдавать долги.
— У него есть часть наследства, оставленная родителями.
— Пока не заложено только одно из поместий. Остальные могут отойти кредиторам, — тетушка явно повторяла чужие слова: гона хмурила брови и шевелила губами до того, как произнести сложную фразу, как бы повторяя то, что услышала от Стивена. — Ингира, не упрямься. У тебя богатый муж из влиятельной семьи. Он всем тебя обеспечит. Ты наконец-то стала жить так, как положено любой женщине. — О, а вот тут я услышала знакомые интонации самой тетушки, не терпевшей даже малейших нарушений древних традиций.
— Твой священный долг, как близкой родственницы, поддержать семью брата в трудную минуту.
Тетушка, похоже, уже все решила за меня и была уверена в моем положительном ответе. И поэтому, когда я решительно произнесла: «Нет», она озадаченно свела брови к переносице.
— Что, прости?
— Я не буду передавать Стивену права на мою часть наследства, — ответила я твердо. — Пусть сам выкарабкивается из той ямы, в которую его загнали расточительные действия жены.
— Ингира, — в голосе тети появились властные нотки.
Да вот только я давно вышла из того возраста, когда меня можно было напугать подобным, — ты сейчас чересчур эгоистична. Нужно думать и о родственниках. Они — твоя семья.
— Моя семья — мой муж и наши с ним будущие дети, — отрезала я. — Стивен почему-то не думал обо мне как о члене семьи, когда… — я не договорила. Тетушка резко поднялась и величественно выплыла из комнаты.
Что ж, скатертью дорога. Путь дальше защищает своего любимчика Стивена.
