Через два дома от НИИ расположен огромный торговый центр, там есть и продуктовый отдел, и масса других магазинов и магазинчиков. Торопиться мне было решительно некуда, туалет и секс-шоп люди сумеют найти и без подсказок сотрудницы детективного агентства. К тому же Лисица на данном этапе находится в гостях у очередной дамы сердца."
"Юрик у нас – самозабвенный бабник, причем самого отвратительного толка: он мгновенно влюбляется, вспыхивает, словно бенгальский огонь, и через два дня после знакомства предлагает объекту страсти руку и сердце.
Не следует думать, что Юрик желает столь нехитрым способом залучить в постель капризничающую бабенку. Лисица высок ростом, статен, обладает хорошей речью и внешне выглядит, словно помесь оперного тенора с олимпийским чемпионом по гимнастике. Глупые тетки сами пачками падают к ногам Лисицы и складируются в штабеля. Замужество мой начальник предлагает совершенно искренно. В тот момент, когда Юрик шепчет: «Стань моей навсегда», – он глубоко уверен, что и впрямь нашел спутницу жизни.
Заручившись согласием, Юрасик начинает активно готовиться к свадьбе: он знакомится с будущей тещей, причем всегда невероятно нравится ей, начинает ходить в дом на правах официального жениха, покупает белое платье для невесты, заказывает ресторан, оплачивает музыкантов, фотографа, бронирует машины, но… Но до самой церемонии дело никогда не доходит. А все потому, что Юрик на одной из стадий подготовки к главному торжеству жизни встречает либо сотрудницу ЗАГСа, либо официантку, либо продавщицу, либо цветочницу, либо еще кого (сами понимаете, выбор на ярмарке невест практически неограничен, Москва изобилует прелестными свободными женщинами), мгновенно понимает, что совершил фатальную ошибку, и производит рокировку.
Пожалуй, я не стану живописать, как ведут себя отвергнутые невесты. Меня удивляет, что Юрик до сих пор жив, потому что в столице имеется добрая сотня девиц и дам раннего бальзаковского возраста[1], готовых растерзать бывшего жениха в лохмотья.
Так вот сейчас Юрчик находится на стадии знакомства с очередной мамой очередной дамы сердца. Он отбыл на фазенду невесты и уже небось жарит шашлык или хвалит посадки будущей тещи, поэтому никто не станет укорять меня за брошенный пост. И вообще, любому служащему положен перерыв.
Успокоив некстати поднявшую голову совесть, я медленно пошла вдоль витрин, полюбовалась на красивые босоножки, модные свитерочки, джинсы, купила банку хорошего кофе.
