Виталию так же вернули его машину, так что он теперь мог спокойно перемещаться по городу и вести дела. В качестве обеспечительной меры до решения суда под арестом остались только загородный дом, в котором сейчас жила Варвара, и квартира Миронова, так что он по-прежнему обитал в служебной трешке Лены. И их обоих это, казалось, совершенно не смущало.
Вечером Таганцев заехал туда, чтобы рассказать им о результатах своих изысканий."
"– А что, похоже на правду, – задумчиво сказал Миронов, выслушав Таганцева. – Никаких других врагов у меня нет.
На данный момент нет, – поправился он. – Со всеми предыдущими я уже разобрался, так что остались только эти. Да, каюсь, не додавили мы в свое время ни Клюшкиных с Занозиным, ни Эппельбаума с его покровителями.
– Так мы тогда этих покровителей даже не вычислили, – ухмыльнулся Костя горько. – То, с какой скоростью развалилось дело, доказывало, что связи у него на самом верху. И председатель суда тогда просто увольнением отделался, и все остальные, кто был причастен к оформлению документов в опеке, тоже.
Я же только сейчас на этого Коновалова вышел, да и то случайно.
– Все случайности неслучайны, дорогой друг, – философски заметил Миронов. – Значит, было нужно, чтобы сейчас случилось именно так. А то продолжал бы Коновалов сидеть, как паук в паутине, а сейчас мы его за ушко и на солнышко.
– До этого нам еще ой как далеко, – признался Костя. – Ракова говорит, что на суде все это не сработает. И я понимаю, что она права. Я ж все-таки тоже юрист. А о возбуждении уголовного дела даже говорить не приходится.
Что у нас есть, кроме случайных совпадений? Ничего нет. Даже заявление не от кого писать. Не от тебя же. Мол, преступники случайно выявили мой фиктивный развод, накажите их?
Несмотря на то что ситуация мало располагала к веселью, оба засмеялись. Миронов неожиданно оборвал смех.
– Слушай, а если будет человек, который напишет заявление, что его обманным путем попытались заманить в аферу?
– Тогда я смогу возбудить дело. Самое слабое звено у них, разумеется, Трезвонский.
Он – популярный попугай, в качестве серьезного адвоката его даже рассматривать не приходится. Если пригрозить ему уголовным делом, он сразу расскажет, как все было. Побоится публичного скандала, из-за которого разом может лишиться и статуса, и клиентуры.
– Хорошо. Очень хорошо.
– Но кто тот человек, который напишет такое заявление? – Таганцев искренне не понимал.
– Варвара Алексеевна Миронова.
– Твоя первая жена?
– Да.
