Разве наши дедушки и бабушки, не должны быть, более нежными к своим внукам, чем сами родители?
— Всё так… но… мне кажется, у него было столько времени наедине с самим собой, что у него миллион раз произошла переоценка ценностей.
— Если ты так чувствуешь, то доводи до конца начатое, но будь готова к тому, что твоему Руслану не понравится твоя самодеятельность. И возможно, он не захочет ничего уже знать.
— Возможно, но я должна попробовать, — сказала уверенно.
— А про малышку, когда расскажешь? — затеяла больную тему подруга.
— Ой, Люся, не спрашивай сейчас. Всё жду подходящего момента.
— А он всё не настаёт, — закончила за меня Люся. — И никогда не настанет, Том.
— Знаю…"
"— Я тут ходила с Надеждой в клинику, и мы смотрели на малышку на УЗИ. Знаешь, если вдруг что-то у тебя не получится… ну-у-у… или Руслан будет категорически против второй дочки, то я оставлю её себе. Но если всё будет хорошо, то ты просто обязана сделать меня крёстной мамой, поняла?
— А я о других кандидатах и не думала, Люсь.
Люся благодарно улыбнулась.
Вам, наверное, кажется странным, что я так доверяю своей подруге. Но по-другому никак. Я доверяю ей, а она доверяет все свои секреты мне. Наша дружба живая. И как всё живое, она любит нежность и любит правду. Мы с подругой никогда не врём друг другу, потому что нам нет смысла это делать. Если кто-то из нас неправ, то мы не станем осуждать, а примем сторону друг друга. Люди глупы, когда легко отказываются от друзей. А ведь так нельзя.
У Руслана нет друзей, а быть может, будь у него хоть один настоящий друг, он смог бы давно отпустить своё прошлое…
* * *Руслан вернулся через два дня, ранним-ранним утром, когда солнце ещё даже не думало показывать своё личико.
Я услышала шорох одежды и, приоткрыв один глаз, прошептала сонно:
— Ты вернулся…
Улыбнулась, когда мои губы накрыли прохладные губы мужа. Обняла его за шею и вдохнула уже такой знакомый и полюбившийся запах.
— Ты даже представить себе не можешь, как я по тебе соскучился, Тома… — произнёс он.
— Тогда скорее раздевайся и ныряй ко мне под бочок. Согрею тебя, мой странник и осыплю жаркими поцелуями.
— Насколько жаркими? — поинтересовался он, забравшись ко мне в постель и обняв меня нежно погладил живот.
— Настолько, что ты расплавишься от моей страсти и любви…
Прикосновение губ, сплетение тел — сладкая дрожь — предвкушение — радость — маленькая смерть и рождение… Прекрасная встреча после недолгой и такой долгой разлуки.
