Его облик был бесстрастно-спокоен, но стоило ему посмотреть на меня, прямо мне в лицо — в его глазах тотчас вспыхнуло пламя ненависти: старой, болезненной и настолько сросшейся с его существом, что она стала его сутью.
Саид меня ненавидел. Это чувство я прочёл лишь по одному его взгляду.
— Журналисты — ваших рук дело? — не стал я юлить, а сразу задал ему вопрос.
— Моих, — ответил он с улыбкой.
Тамара нахмурилась и напряглась. Я легонько сжал её руку, вселяя уверенность, что всё будет хорошо.
— Зачем? — моя поза была обманчиво-расслабленной и непринуждённой, но на деле, я был напряжён и уже в памяти искал причину ненависти Саида.
Но не мог же он меня ненавидеть за то, что его дочь умерла. Я к этому был непричастен. Но тогда что? Наши пути никогда не пересекались. Может, Аббас ему, что наплёл про меня? Этот мерзляк мог. Чтож, в любом случае, это дела минувших дней и я не собирался предаваться древним воспоминаниям и играть в его игры.
— В древних обычаях различных народов существовало возмездие за убиенных: свободного за свободного, раба за раба, женщину за женщину… — произнёс Саид.
— О чём вы говорите? — влезла в разговор Тамара.
— Молчи, — произнёс я приказным тоном и сурово глянул на Тамару. Она согласно кивнула и только сильнее сжала мою руку. Я обратился к Саиду: — Вы что-то путаете. Тот, кто должен был получить своё наказание, был у вас в руках. Я передал вам, хоть и не лично, того, кто был причастен к смерти вашей дочери Амины и…"
"— Не смей произносить её имя, неверный. Не марай имя моей дочери своим проклятым языком, — прошипел он в ответ.
Та-а-ак, я живу и о чём-то нахожусь в совершенном неведении. Ненавижу, когда происходят ситуации, неподконтрольные мне.
— Послушайте, Саид Шамирович, я не знаю, кто и что вам обо мне сказал, но уверяю вас, что ко всем вашим сферам жизни я не имею никакого отношения.
Я старался говорить максимально спокойно, и уверено. Саид был умным мужчиной и должен всё правильно понять.
Саид отрицательно качнул головой и, посмотрев внимательно на Тамару сказал:
— Мне жаль, что вы стали женой этого бесчестного мужчины, уважаемая Тамара Юрьевна.
И заранее прошу простить меня… — он перевёл взгляд на меня и закончил: — Вас ждёт моё личное возмездие. Но так и быть, я позволю вам насладиться медовым месяцем, но не более. И не стоит пытаться спрятаться где-то. Уехать и скрыться от меня, у вас не выйдет.
— Руслан? — тихо позвала меня Тамара, не понимая, о чём говорит этот безумец.
— Потом, — ответил ей коротко.
