— Я вот что хотел спросить, — начал он, нарочито смущаясь, — я тут человек новый, две недели поработал и в больницу угодил. Я вот что спросить хотел, про хозяев… — на ходу сочинял он легенду, одновременно кляня сам себя, что не выдумал ее раньше. Но женщина оказалась сообразительная и с полоборота поняла его."
"— Ничего, ничего, в порядке все будет, — принялась она успокаивать Макса, — хозяйка требовательная, заместитель ее тоже орел тот еще. Работы много, на каждый день свое меню, свои порядки. Девчонки, что в доме работают, рассказывают: и розы два раза в неделю в комнатах менять надо, кабинеты проветривать, мух и комаров выгонять, если залетят.
Одежду только дорогую покупает, Нинка как-то ценник нашла, так от платья за сто тысяч. А шуба у Левицкой вообще за миллион, я слышала. Из продуктов много чего покупать запрещено, я себе по первости списочек составила и с собой на работу брала: что она ест, а чего ни в коем случае нельзя. Мясо, рыбу красную, спаржу, супы сливочные… Масло только оливковое, рыба только белая и речная, никакого майонеза, чай только зеленый, кофе без сахара.
— Фигуру бережет? — попытался Макс перевести разговор ближе к теме. Женщина кивнула, запахнула халат и продолжала просвещать его относительно порядков, установившихся в поместье:
— Сладости нельзя, соусы всякие ни-ни, питьевая вода только в поллитровых бутылках, свою сим-карту сдать, забрать можно только на выходные. Но они редко, раза два в месяц, раньше, говорят, чаще было…
— Говорят? — ухватил Макс кончик ниточки и дернул за него.
— Когда — раньше? В прошлом месяце, полгода назад…
— А бог его знает, — вздохнула «информатор», — я тут всего два месяца работаю, полгода дома сидела, пока из агентства не позвонили.
Она говорила что-то еще, жаловалась на неустроенную личную жизнь безработной беременной дочери и первого внука-шалопая, но Макс особо не прислушивался. Два месяца всего, маловато будет, она вряд ли видела или слышала что-то важное, Юлькины кошмары начались гораздо раньше.
Надо искать другой источник, этот не годится, и Макс вежливо распрощался с женщиной, сказав, что ему надо найти Рогожского.
А сам двинул в другую сторону, по саду, зашел сначала в гараж, потом в подсобку, где отдыхали дворник и садовник, поговорил с уборщицей и по совместительству посудомойкой. Везде отвечал на вопросы о здоровье, интересовался порядками и обычаями, заведенными в усадьбе. И от каждого слышал одно и то же: «Я здесь недавно, всего два месяца».
