Цыганки мигом почуяли, что дело — дрянь, что не бабушка — божий одуванчик им в спину орет и не рыхлая торговка, что ни на шаг от лотка с рыбой не отлучится. Мигом заткнулись, подобрали юбки и кинулись бежать, ловко преодолели толпу на входе и бросились в разные стороны. Макс не отставал, в воротах, правда, малость подзатерялся, не выдержал, пнул оказавшегося на пути кривоногого жирного дядю в спину и вылетел на дорогу, закрутил головой по сторонам. Цыганки бежали в сторону переезда.
Макс прищурился, высматривая Юлькину сумку, заметил бивший цыганку по спине холщовый вещмешок с надписью по-английски и рванул следом. Больше не орал — чтобы дыхание не сбить и добычу не спугнуть, хоть чего там пугать: бежали они, несмотря на свои габариты, резво. Не в первый раз, видимо, от преследования уходили, оглядывались на бегу, щерились, сверкая золотыми зубами. Макс наддал еще, но видел, что не успевает: переезд близко, да еще и закрывается вдобавок, и сирена орет, и шлагбаумы опускаются, машины уже встали в очередь.
И все, кто есть на вокзале, пялятся на Макса, на цыганок: кто смеется, кто советы подает, кто с дороги убраться спешит, и спасибо ему за это.
Толпа цыганок поредела, от их стаи откололись еще трое, резко взяли вбок и смылись в сторону старого заброшенного барака. Макс мельком глянул на них — черт с вами, валите, не до вас, — и побежал дальше, не выпуская из виду Юлькину сумку и тетку, что летела с поразительной скоростью и легкостью.
"
"К переезду подбежали почти одновременно, тетка притормозила на бегу, оглянулась, оскалилась и, сбросив сумку с плеча, ринулась на рельсы. От рева тепловоза заложило уши, Макс подхватил сумку и едва успел проскочить прямо под носом товарняка. Волна горячего, пахнущего металлом воздуха, рев, грохот колес за спиной, визг сигнала — это водители с той стороны переезда то ли приветствовали его, то ли поражались его идиотизму.
А цыганка брела вдоль череды машин, она стянула с головы платок и вытирала лицо, оглянулась — и Макс заметил испуг на ее смуглом лице. Даже не испуг — ужас, она точно покойника ожившего узрела, дернулась было бежать, но Макс моментально оказался рядом. Схватил ее за руку, сжал с силой и даже чуть вывернул запястье, отчего браслеты погнулись, а смуглое лицо цыганки точно мукой припорошило.
