Правда, за ним водились некоторые странности, подмеченные добрыми и внимательными подданными.
Во-первых, он везде и всюду появлялся с белой голубкой на плече.
Но это была не самое странное.
Поговаривали, что по ночам...
Так вот. По ночам будто бы видели, что эта самая голубка превращалась в девушку... А еще были слухи, что видели эту самую девушку, ну, в которую превращалась та голубка, верхом на морском драконе! Дракона в этих местах раньше отродясь не бывало, и потому народ, склонный делать странные выводы, простодушно решил, что появление нового герцога с этим как-то связано.
В общем, народ говорил разное, и про дракона, и про молодого герцога, и про его белую птицу.
Во-вторых, жил этот самый новый герцог очень уединенно. И даже прислуги не держал! Иногда его навещали какие-то подозрительные личности, приплывали на кораблях, как правило, ночью. Благо герцогский замок стоял у самой воды.
И, в-третьих. Жил-то герцог Алексиор уединенно, жены у него не наблюдалось, но за три года непонятно откуда, у него появилось два новорожденных сына.
И совсем уж шепотом поговаривали, будто бы в море видели уже не одного дракона, а целых трех, большого и еще двух маленьких.
Но то уж точно сплетни!
Хотя... Кто знает, на что способна кровь дракона, которому повезет в жизни встретить свою птицу счастья?
***
Так прошло еще четыре года.
А с того летнего дня, когда пятеро балбесов - старшеклассников Маврил, Семнорф, Эфрот, Голен и царевич Алексиор, удрали с урока истории, прошло всего-то пять лет.
***
У Сафора и Астинит в первый же год родилась замечательная девочка, маленькое счастье, чудесный дар Создателя. Рождение ребенка немедленно выявило в бывшем темном духе сумасшедшего отца, а царица, став обыкновенной женщиной, помолодела, получив, наконец, то, чего ей давно хотелось - носить дитя на руках. Ее евнухи постоянно толпились вокруг маленькой принцессы Маджиды, разумеется, пока папы Сафора рядом не было.
А девочка к трем годам стала такой хорошенькой, кожа у нее была темная как у матери, золотистая от солнца, глаза как у Сафора - серые, мягко светящиеся изнутри.
И кудрявые светлые волосы. Вот тогда-то бывшие подчиненные Сафора - духи стали слетаться к его хижине как мухи на мед. Сафор плевался и орал, что вырвет наглым недодухам ноги, если они не уберутся к чертовой матери. Царица слушала грозные вопли возмущенного отца и только тихо посмеивалась. Она-то знала, чем все закончится.
