- видимо в голосе Шираса, а может, в его глазах появилось нечто такое...
Дюжий парень рассмеялся:
- Ладно, сейчас скажу матери. Жди здесь."
"Ожидание далось мужчине нелегко, но кухарка Дениза появилась довольно быстро. Она взглянула на него подбоченившись:
- Чего приперся?
- Хочу жениться твоей дочери, на Фелиде, - выдал несколько угрожающе Ширас, уже понимая, что тетка будет всячески упираться, а потому отступать он был не намерен.
- Да? - она прищурила один глаз.
- Да. Я готов жениться даже в вашем храме, - тетка молчала, а он замер в ожидании ответа.
- А как же твой гарем?
- Нет у меня гарема! - в сердцах выкрикнул Ширас.
- Не ори, - выдала Дениза, - Не на базаре. Поклянись.
- Клянусь чем угодно! Нет у меня гарема, - ответил Ширас.
- Ладно, - она еще раз просканировала его подозрительным взглядом, потом позвала, - Фелида, выходи! Твой черномазый явился.
Из коридорчика появилась прекраснейшая в мире девушка, яркие волосы которой, казалось, светились в темноте. Так, во всяком случае, этот момент всегда потом вспоминался Ширасу.
Шагнула ему навстречу и, глядя в его глаза, прошептала:
- Ты вернулся. Не солгал...
Он взял ее руки в свои и только собрался ответить, как во двор таверны стали вбегать стражники.
Ширас среагировал мгновенно. Толкнул девушку за спину, одновременно выхватывая саблю, и шепнул Денизе:
- У старого причала меня будут ждать, уходите с ними. Уходите быстро! Поняла!
Денизе не надо было повторять дважды, она схватила Фелиду, которая все порывалась метнуться к Ширасу, юркнула куда-то между мелких дворовых построек, крича во все горло:
- Тимоте, уходим!
А сам Ширас в это время ожесточенно рубился со стражниками, которых становилось все больше и больше.
И, в конце концов, они его взяли, но, слава Богу, он дал время женщинам спастись. Узнав в нем того самого чужестранца, за которым велела следить государыня, стража тут же отправила его в одиночную камеру в застенке. Надо сказать, это была честь, потому что застенок был переполнен.
Ночью старая кухарка портовой таверны Дениза вместе с Фелидой и Тимотэ были уже в фиордах.
Фелида крепилась, но слезы текли у нее из глаз от страха за судьбу чужестранца, который каким-то образом успел врасти в ее сердце. Дениза смотрела на это, смотрела, а потом со вздохом сказала:
- Не плачь, дочка. Мы его вытащим. Раз уж этот черномазый так тебе дорог. Ну, будут у меня черномазенькие внучатки... Э-хе-хе... Что ж поделаешь.
Фелида улыбнулась сквозь слезы, а у старухи созрел план.
