Захотелось посмеяться над собой, дурочкой. Ведь ясно же, как божий день, что Алексей сбегает каждый раз от своих обязанностей, находит тридцать три отмазки. Всегда у мужа дела более важные, чем побыть с ней и с детьми, помочь по хозяйству. Ему плевать, что кран в ванной течет, что она просила свозить ее с сыном в магазин и выбрать Костику теплую куртку и сапожки… К Даше на родительское собрание не пошел и с малышом не посидел, чтобы она смогла. Ему пле-вать! Куда важнее сидеть в автомобиле и виртуально блудить. Там явно замешана другая женщина, к гадалке не ходи.
Юля принимала его отговорки, хотела верить, что действительно занят, есть архиважное, более срочное, чем ее «дурацкие» претензии. Конечно, ссорились на ровном месте, но она быстро остывала, и первая просила прощения. Бегала за ним на задних лапках, ожидая, когда Леша перестанет дуться…
Войдя в квартиру, спиной прижалась к двери. Взглянула вниз. Пакет с продуктами хоть не забыла. На ее копошение вышла дочь и сложив руки перед собой, начала ее отчитывать.
— Мам, договаривались же недолго. Мне физику делать нужно. Мы поели. Коська уже спит. Пугаешь, мам. Думала, тебя маньяк… — не закончив на полуслове, всхлипнула. Вся ее бравада сдулась. Дашка просто сильно за нее волновалась.
— Прости, Дашуль. Иди тоже ложись. Завтра рано вставать, — шагнула к ней и обняла крепко-крепко, вдыхая сладкий запах девчачьих духов.
— Фу, мам, ты сырая, — вытерпев небольшую долю обнимашек, девочка вырвалась и ретировалась в свою комнату.
Юля, оставив пакет, на цыпочках прокралась в супружескую спальню, в которой стояла кроватка двухлетнего Кости.
Малыш спал, сжав руки в кулачки. Не умытая мордашка с полуоткрытым ртом. «Какой он лапочка, мамин зайчик» — сердце немного оттаяло от нежности. Она не стала раздевать его холодными руками, лишь укрыла одеялом.
«Хрен тебе, а не котлетки!» — закинула фарш в холодильник и с плиты убрала остатки ужина в контейнер. Посидела на табурете, в оцепенении, смотря в одну точку. Кое-как собрала себя с места и пошла умываться в ванную.
В зеркало на нее смотрела растрепа с покрасневшими глазами и бледным видом, совсем не похожая на прежнюю Юлю.
«Ну, хоть маньяк не попался» — выискала плюс в своем разочаровании в пятнадцатилетней жизни с Лешкой. Запустила руки в темно-русые волосы. Помассировала голову, пробуя упорядочить шальные мысли.
Женщины в их районе по вечерам стараются не выходить на улицу или выходить в сопровождении. Третья бесследно пропала за последние два месяца.
