И я делаю все от чего она раньше отключалась и кайфовала. Так как она любит! Я помню всё-всё…
Но в последнее мгновение, Кошка снова меня тормозит.
— Стой-стой…
На эмоциях, с рычанием заряжаю ладонью по стене.
— Ян!..
— Я боюсь, что у нас ничего не получится, — шепчет она.
— Ооо, поверь мне, я справлюсь с задачкой!
— Я не про это, дурак!
Обиженно отталкивает.
— Кошечка моя… Ну почему?.. — целую ее в ладошку.
— Я уже сказала…
— Доверие и уважение?
— Да.
— Я буду над этим работать… — ловлю её губы.
— Ты сейчас что угодно пообещаешь, Айдаров! — упирается в мои плечи, уворачиваясь от поцелуя."
"— Ну что тебе нужно? Какие еще доказательства?! — вжимаю в стену, не позволяя выкрутиться.
— Да не знаю я!
— Окей!..
Вся моя кровь сейчас отлила «к югу», поэтому башка не соображает. И я не нахожу ничего лучше очень опасного и идиотского хода.
Дотягиваюсь до своих джинсов, лежащих на стиральной машине, вытаскиваю из кармана потыканную резинку.
Зажимая между указательным и большим подношу пакетик к её лицу.
— Вот.
Марьяна подозрительно ведет бровью. Присматривается к пакетику фольги.
— Не поняла…
— Я хотел лишить тебя выбора. Но… не буду этого делать. Никогда.
Ее глаза шокированно распахиваются. Дошло… Разглядела.
Она выдергивает квадратик из моей руки.
— Ты!!.. — с угрозой в голосе.
Швыряет мне в грудь.
— Эй… эй… — сдаваясь раскрываю ладони. — Я одумался!
— Наглый… — прищуривается она опасно. — Неадекватный… Самонадеянный… гад! С чего ты взял, что я вообще тебя захочу?!
Ухмыляюсь, делая шаг назад.
Оглядывая ее с ног до головы.
— Ну не ошибся же! — пожимаю плечами.
Я провоцирую, да!
Потому что мы сейчас подерёмся и будем горячо любить друг друга у этой стены. Все, как она обожает! И я готов играть в эту игру бесконечно.
Срывая с радиатора мокрое полотенце, Кошка с яростью, наотмашь лупит мне по плечу.
— Больно! — с шипением выдергиваю полотенце, перехватываю летящие в меня ладошки. Распинаю ее у стены. Вскрикиваю от укуса в плечо.
От эмоций едет крыша!.. Да-а-а!! Это моя бешеная кошечка!
Мне кажется, я до макушки залит тестостероном и сейчас взорвусь.
Позволяя ей беситься, крепко сжимаю, ласково целуя в шею, шепчу ей признания… нежности… и горячие пошлости. И через несколько минут она сдается, позволяя мне наконец-то добраться до нее по-взрослому.
— Ничего не получится… — вредно мурлычет мне Кошкина в ухо, задыхаясь вместе со мной. — Не тот день…
— Да и черт с ним… — затыкаю ее рот.
