— Зачем меня вызывали? — задал я последний вопрос."
"Теперь страх отступил окончательно. Стало ясно, что никаких чудовищных кар мне не грозит. Пока что. Вот как только Рехон тире Роман начнет «устраивать грязь», тогда воевода обязательно вспомнит, кто разрекламировал кощею курорты Выборгского края.
От моего внимания как-то ускользнула еще одна вещь. По всей вероятности, Илия считает, что Рехон пришел к нам сам. То есть, преодолел преграду из чуров без всяких смс и регистраций. Следовательно, либо воевода не в курсе, что проклятых сюда не пускают, либо думает, что его новый кощей облаготельствован Скуггой.
Собственно, право на жизнь имели оба варианта.
— Ты нашел для Княжества ратника. Да не самого последнего. В этом случае казна всегда вознаграждает охотника за головами. Вот…
Илия вытащил со Слова увесистый мешочек. Одного взгляда на него мне хватило, чтобы понять — там сто пятьдесят монет лунным серебром. В моем текущем положении очень неплохое подспорье.
Воевода вытянул руку, ожидая, что я подойду и заберу награду.
И совсем не предполагал каким будет мой ответ.
— Благодарю, Илия. Но денег я не возьму. Я много что говорил и делал, но никогда причиной тому не была личная выгода. Все, что у меня получается и не получается, исходит от чистого сердца.
— Щас расс… сплачусь, — хохотнула Юния.
Зря она так. Вот воеводу, между прочим, проняло. Он даже вперед подался, словно пытаясь рассмотреть меня получше. И мне показалось, или правда смахнул с левого глаза слезу? Или просто веко зачесалось?
— Вот так, видишь, Матвей, как бывает, — чуть дрогнувшим голосом заметил Илия.
— Порой кажется, что человек тебя уже ничем не удивит. О нем, бывает, стараешься даже не думать, боясь накликать беду. А он вон что делает. Тронут, Матвей.
Он даже приложил руку к груди, там, где у него должно было быть сердце. Точнее, сердце бывает у нормальных людей, по поводу рубежников у меня имелись определенные сомнения. Правда, настаивать на том, чтобы я забрал деньги, не стал.
Тут же спрятал их обратно на Слово. Угу, потом оформит все задним числом по поддельной подписи. Или распилит с каким-нибудь Моровым, отдав ему пару десятков монет.
Тьфу, вот я какой стал с этими рубежниками. Раньше ведь был приятным парнем, который верил в искренность мира и все дела. А теперь — ужас.
Но деньги я не взял по другой причине. Если произойдет что-то, где Рехон будет фигурировать в самом плохом ключе… Хотя что это я? Не если, а когда.