Я хорошая! До этой минуты даже не подозревала, что ключ — это случайно созданный мной магический артефакт…
— Анна Германовна! — ледяным тоном перебил Дэвон и шагнул ко мне, сокращая между нами расстояние. Я сжалась, заметив, как пылают от ярости его глаза. — Нюра! Ханна Тёрнер… Нет! Ханна Мор!
Положил ладони на мои плечи и, нависнув надо мной, выпалил:
— Ты хоть представляешь, как я волновался? Чуть с ума не сошёл! Ты обещала, что подобного больше не случится, но снова позволила этому марамоешнику себя похитить⁈
У меня чуть инфаркт не случился от облегчения, которое накрыло с головой.
Так Дэвон не считает, что я внушила ему чувства к себе? А зол потому, что беззаботно села в ту карету и по глупости оказалась в руках преступника?
Всхлипнув, помотала головой.
— Прости…
— Не смей так улыбаться, — продолжал яростно рычать Мор. — Мне и без этого очень хочется тебя наказать!
— Так накажи, — губы непослушно расплывались в улыбке.
Мой муж самый лучший во всех мирах!
Дэвон сделал шаг, приближаясь вплотную, и сжал меня в объятиях так крепко, что перехватило дыхание. Впился в губы, завладевая ими, и я растворилась в солёной сладости жаркого поцелуя. Всё вокруг перестало существовать, лишь мы пульсировали в пространстве, как две звезды в бесконечной темноте космоса…
Кто-то заглянул в комнату:
— Господин инспектор, всё испо… Ой!
Дверь, подчиняясь магии Мора, захлопнулась с такой силой, что едва не прищемила неожиданному визитёру нос.
— Вдруг что-то срочное, — шепнула я в губы Дэвону.
Вместо ответа он толкнул меня к стене и, нетерпеливо расшнуровывая платье, подарил такой пламенный поцелуй, что у меня подкосились колени, а по венам заструилась обжигающая лава. Расстёгивая пуговки на мужской рубашке, я на всякий случай уточнила:
— Ты действительно уверен, что я не принуждаю тебя к этому какой-нибудь странной серо-буро-малиновой магией?
— Не уверен, — тяжело дыша, признался Мор.
— Но согласен на любое воздействие, если будет так же хорошо, как сейчас!
— Будет ещё лучше, — пообещала я.
Дэвон поднял меня обнажённую на руки, и я снова засомневалась, что у Мора не такой уж большой любовный опыт, как он утверждал. Очень уж мудрёными были позиции, а удовольствие, охватившее нас обоих, таким невероятно-острым, что я уже мечтала о повторении нашей первой брачной ночи.
