Помахала мастерам, которые укатили в наёмной повозке, радуясь, что у меня такая замечательная бригада. А потом повернулась к мужчинам, которые смотрели на Ханну так, будто перед ними стоял её двойник. И не удивительно, ведь они знали нежную и скромную девушку, которую чаще принимали за тень, чем за живого человека.
Но теперь они сами напоминали копии, причём сделанные на стареньком ксероксе с тусклыми чернилами. Несколько недель заключения оставили свой отпечаток, и родственники Ханны явно желали поскорее добраться в дом, который теперь снова принадлежал им.
Мне самой не терпелось соединить семью, хотя бы так отплатив несчастной девочке за то, что она подарила мне вторую молодость и возможность полюбить и стать счастливой с Дэвоном.
Да и Тёрнеры стали моей настоящей семьёй!
Я мечтала увидеть, как перевоспитавшаяся Мэйра плачет на груди своего супруга. И как счастливый Мэйсон обнимает милашку Лиору. Как сдержанно возьмутся за руки леди Тёрнер и её суровый супруг, как обменяются взглядами, значение которых понятно лишь им двоим.
Мне было страшно даже подумать, что ощутит Дуглас, узнав о трагической гибели жены. Но зато у мужчины осталась дочка, и я надеялась, что всю любовь он направит на малышку Голлиру, которой (при одобрении двора) в будущем уготована стезя королевы.
— Я узнаю, где экипаж, который выделил нам король, — сообщила им. — Подождите здесь."
"Вокруг сновали слуги, и всюду ощущалась всеобщая нервозность, словно слухи о серьёзной проверке всех, кто работал во дворце, уже просочились сквозь стены.
Поймала какого-то служку, и тот махнул в ответ на мой вопрос:
— Спросите у королевского конюха!
Но до конюшен дойти не успела — навстречу мне уже катилась карета, запряжённая четвёркой гнедых. Кучер натянул поводья и, когда кони встали, спросил:
— Госпожа, это вы Ханна Тёрнер?
— Ого! — Я в искреннем восхищении рассматривала изящную карету, украшенную золотистыми узорами и бархатными занавесями.
— Думала, король подарил нам экипаж, а это…
У меня не хватило слов, чтобы описать свой восторг. На миг я ощутила себя Золушкой из сказки. Кучер спрыгнул на землю и открыл мне дверцу:
— Прошу, госпожа!
— Мои родные там, — обернувшись, я махнула в сторону, откуда пришла, как вдруг ощутила сильный толчок в спину. — Ай!
Меня впихнули в темноту, и я упала на дно кареты, а дверца захлопнулась. Сердце замерло, пропустив удар.
