Как я уже говорил, Вулф не терпел, когда что-либо мешало ему наслаждаться хорошей едой, хотя в тот день, если бы мы не получили никакой реакции, даже телефонного звонка, на предъявленный Калмусу ультиматум нашей клиентки, почки, безусловно, были бы прожеваны и проглочены, но явно не оценены по достоинству. С таким же успехом их можно было бы подать и Вольтеру.
В тот день Вулф в первый и последний раз в жизни отменил без каких-либо видимых причин данные мне инструкции. Когда мы с Салли завтракали свежеиспеченными круассанами и яйцами пашот в белом вине и бульоне, Вулф позвонил из своей комнаты по внутреннему телефону и велел вызвать сюда на шесть вечера Сола Пензера, Фреда Даркина и Орри Кэтера – троих дельных ребят, о которых шла речь в разговоре с Йерксом.
После чего у меня сразу улучшился аппетит. Я не имел ни малейшего представления, что Вулф собирается им поручить. Но он явно вызвал Сола, Фреда и Орри не для того, чтобы узнать их мнение о предложении доктора Эйвери, поскольку их услуги в совокупности обходились нам двадцать пять баксов в час.
Впрочем, буквально через десять минут Вулф позвонил снова, чтобы отменить приказ. Абсолютно неслыханный случай! Уж что-что, а Вулф не привык метаться. Короче, не самое удачное начало дня.
Итак, спустившись в одиннадцать часов в кабинет и увидев там нашу клиентку в кресле возле картотечного шкафа, с «Таймс» в руках, Вулф замедлил шаг, неприветливо посмотрел на девушку, поздоровался отрывистым кивком, перевел хмурый взгляд на меня, поставил орхидеи в вазу на письменном столе, снял пресс-папье в виде куска окаменевшего дерева с небольшой стопки утренней почты и взял верхний конверт: письмо от президента женского клуба в Монтклэр, которая спрашивала, как и когда примерно сто членов их клуба смогут приехать полюбоваться орхидеями.
Я, собственно, собирался отложить письмо в сторону, чтобы ответить на него самому, учитывая нынешнюю острую реакцию Вулфа на членов любого клуба, но потом решил, что если я смог это прочесть, то Вулф и подавно сможет.
Просмотрев почту, Вулф снова придавил письма пресс-папье и посмотрел на меня:
– Кто-нибудь звонил?
Прежде он никогда не задавал подобных вопросов, поскольку совершенно твердо знал, что мне не нужно два раза напоминать о необходимости докладывать обо всех важных звонках. Поэтому я сказал:
– Да, сэр. Лон Коэн хочет прислать своего человека взять интервью у мисс Блаунт.
– Зачем ты сообщил ему, что она здесь?
– Я ничего никому не сообщал.
