Если при определенном стечении обстоятельств пойти на убийство может почти любой человек, то мало кто способен выбрать в качестве орудия преступления тяжелый железный отрезок трубы, который вдобавок еще нужно пронести по улицам. После знакомства с этой троицей, я убедился, что ни один из них на такой подвиг не способен. Иное дело – деревенский житель, которому не привыкать к физическому труду и примитивным орудиям.
– И вы пришли к своему хваленому умозаключению на основании лишь этих фактов?
– Нет. Но они подтверждают мои выводы.
Следующее подтверждение я получил от мисс Маклеод. Вы помните этот документ. Я постараюсь процитировать по памяти. Итак, я сказал ей примерно следующее: «Вы хорошо знаете этих мужчин, их характер, темперамент, образ мышления. Если допустить, что один из них, взбешенный выходкой Фабера, подкараулил его в проезде у ресторана и убил, то который? Причем с большой долей вероятности можно утверждать, что убийство было спланировано заранее, а не стало следствием случайной ссоры. Итак, кто бы это мог быть, по-вашему?» Как вы считаете, что она мне сказала в ответ?
– Что никто из них его не убивал, – догадался Кремер.
– Совершенно верно. Это ведь тоже о чем-то говорит, не так ли? Разумеется, в отличие от вас я общался с мисс Маклеод лично, и тут у меня перед вами фора.
– Да, наверное, – процедил Кремер. – И, судя по всему, ее не захлестывали эмоции, которые обычно обуревают людей, когда им сообщают, что их близкий друг совершил тяжкое преступление. И шока у нее не было. Похоже, мисс Маклеод просто констатировала очевидный факт.
Скорее всего, она просто знала, что никто из ее приятелей не причастен к смерти Фабера.
– Вы попали в точку, инспектор, – сказал Вулф. – Именно к такому же выводу пришел и я, тем более что имел возможность наблюдать за ней. Очевидно, что лишь одно могло внушить ей подобную убежденность в невиновности всех этих людей: она точно знала, кто совершил убийство. Вы тоже сделали такое умозаключение?
– Да, – кивнул Кремер.
– Тогда что вам помешало сделать следующее? Если мисс Маклеод не убивала Фабера, но знала, кто убийца, и он не из числа троих ее приятелей, то разве вывод не напрашивается?
Кремер насупился:
– Вот вы сейчас безапелляционно заявили, что мисс Маклеод не убивала Фабера.
А почему вы так уверены, что это невозможно?
Уголки губ Вулфа едва заметно дрогнули."
"– Мистер Кремер, мы уже не раз обсуждали с вами ваш главный недостаток – вы превратно истолковываете различие между возможным и невозможным.
