– Вполне вероятно, что такое могло случиться. – Люси небрежно махнула рукой, и я успел разглядеть обручальное кольцо. Затем снова поочередно обвела взглядом нас с Вулфом. – Видите ли, дело это очень личное.
– Да, я уже понял.
– Так что… словом, мне хотелось бы, чтобы вы это помнили. Мы с Диком сочетались браком почти два года назад. Через месяц как раз годовщина будет. Мы с ним любили друг друга, я до сих пор в этом убеждена, хотя у меня в мозгу подспудно свербело, что Дик – такая знаменитая личность и я стану миссис Ричард Вэлдон.
Тогда как он… ну, в общем, он тоже помнил, кто я такая. В девичестве я носила фамилию Армстед. Не знаю, догадывался ли он об этом раньше, но потом, когда мы уже жили вместе, наверняка понял, насколько мне осточертела моя прежняя фамилия. – Она перевела дух, затем продолжила: – До брака со мной Дик слыл настоящим донжуаном, хотя репутация его была, на мой взгляд, во многом придумана – так обычно и бывает. В течение первых двух месяцев мы с ним буквально не вылезали из… – Она осеклась и закрыла глаза, впрочем ненадолго.
– Для меня в эти дни ничего и никого больше не существовало. Словно время остановилось. Думаю, и он чувствовал то же самое. Даже уверена. А вот потом, точно не знаю, но, по-моему, все немного изменилось. За последний год своей жизни Дик, возможно, и встречался с женщиной. Может, даже с двумя. Или с целой дюжиной, не знаю. Допускаю только, что это вполне возможно. Так что этот ребенок… как я сказала? Ах да, вполне вероятно, что такое могло случиться. Вы понимаете?
– Пока – да, – кивнул Вулф.
– И что вас заботит?
– Как – что? Младенец, конечно. В свое время я и сама хотела завести ребенка, даже двоих или троих, да и Дик тоже об этом мечтал, однако тогда я решила, что торопиться не стоит. Отложила на потом. До сих пор простить себе этого не могу. Дик умер, а я… Мы с ним так и не завели детишек. И вот теперь у меня появился ребенок, возможно его сын. – Она указала пальцем на листок бумаги, который лежал перед Вулфом. – Думаю, что как здесь написано, так и должно быть.
Мальчик должен жить в доме своего отца и уж тем более носить отцовскую фамилию. Загвоздка лишь в том, чтобы установить, является ли Ричард Вэлдон его настоящим отцом или нет. – Она выразительно развела руками. – Теперь понимаете?
– Пф! – фыркнул Вулф. – Это установить невозможно, и вы сами это знаете. Гомер сказал: «Ни одному человеку не дано узнать, кто его отец». Шекспир выразился еще яснее:
«Лишь мудрец способен распознать плод от древа своего».
