Я решил, что начну дергаться не раньше без четверти двенадцать и попробую набрать доктора Эйвери в полночь, а потому спокойно сидел в кресле с «Газетт» в руках, когда в двадцать минут двенадцатого раздался телефонный звонок. Сняв трубку, я сказал:
– Алло.
– Кто говорит? – послышался требовательный мужской голос.
Вопрос, не заслуживающий ответа.
– А кто спрашивает? – парировал я.
– Я Виктор Эйвери. Вы Арчи Гудвин?"
"– Верно. Доктор, я должен убедиться, что это вы. Для вашей же безопасности, не моей. Вы, наверное, помните, что во вторник вечером сказали Ниро Вулфу, как называется гамбит, который вы использовали против Пола Джерина? Ну и как он назывался?
Короткое молчание.
– Контргамбит Альбина.
– Ну ладно. Нас никто не может подслушивать?
– Нет.
– Нам необходимо встретиться. Это длинная история. Я только введу вас в курс дела. Я больше не работаю на Ниро Вулфа. С сегодняшнего дня. Вчера в шесть вечера он велел установить непрерывное наблюдение за входом в дом Дэниела Калмуса.
Когда сегодня утром после бессонной ночи, проведенной с копами, я отчитывался перед Вулфом, то сказал, будто не видел, чтобы человек, которого я знаю, входил в дом или выходил оттуда. Сегодня днем Вулф наехал на меня, заставив признаться, что я почти на час оставлял пост. И в итоге дал мне пинка под зад.
– Не повезло вам.
– Вот именно. Но суть в том, что я соврал. Я не покидал своего поста. Проторчал там весь вечер и действительно видел человека, входившего в дом и выходившего оттуда, и узнал его.
Это я и хотел с вами обсудить.
– А почему именно со мной?
– Ну, у вас богатый опыт по части советов. Ведь с докторами советуются по самым различным вопросам. Думаю, Вулф возьмет меня обратно, если я расскажу ему правду. Вот я и хочу у вас спросить, что вы мне посоветуете. Я не могу откладывать решение в долгий ящик. В любом случае ответ нужно дать завтра. Итак, я должен с вами встретиться… скажем, около полудня? В час дня?
Еще более длинная пауза. Наконец доктору удалось справиться с голосом.
Что у него чертовски хорошо получилось!
– Я не верю ни единому вашему слову. Какая-то нелепая шутка. Я не имею к этому никакого отношения.
– Ну тогда ладно. Мне очень жаль. Но вы пожалеете еще сильнее. Спокойной ночи и приятных снов.
Повесив трубку, я посмотрел на часы, устроился поудобнее и снова взял в руки газету. Интересно, на сколько его хватит? На полчаса? Нет. Ровно через восемнадцать минут телефон зазвонил снова.
