Не только миллионы людей, но и все, кто читает криминальную хронику в газетах, знали, что мы с Салли вошли в дом вместе и в котором часу, к тому же Салли рассказала матери, что обедала вместе со мной и Вулфом в среду вечером. Мы даже подумывали о том, чтобы проинструктировать миссис Блаунт вместе с Салли, однако решили, что это слишком рискованно. Ведь у нас не было уверенности в том, что миссис Блаунт захочет включиться в игру, а если захочет – не провалит все дело. Вот потому-то нам и нужно было внести ясность в этот мутный момент.
Салли справилась безупречно.
– Да, сказала. – Никаких виноватых ноток в голосе. – Но мы встретились там. Я не хотела тебе говорить, что отправилась туда одна. Встретиться с Арчи и уговорить Доббса впустить его в квартиру Дэна. Полагаю, мне… мне было стыдно. Если бы Арчи взял меня с собой, если бы заставил меня поехать… это совсем другое дело. – Салли повернулась к Вулфу. – Мистер Вулф, где он?
Пропустив мимо ушей вопрос Салли, Вулф снова обратился к миссис Блаунт:
– Я говорил, что наблюдение должно быть постоянным, а иначе вся работа коту под хвост.
Мистеру Гудвину это отлично известно. Но пока он находился на посту или, по крайней мере, должен был там находиться, человек, которого ему следовало узнать, поскольку это один из присутствующих здесь, вошел в дом и вышел оттуда, а мистер Гудвин его не увидел. Вопиющее бездействие! И сегодня утром, когда мистер Гудвин вернулся после беседы в полиции и офисе окружного прокурора, я велел ему заняться своими служебными делами.
Однако, когда он вернулся после разговора с вашим мужем, я понял, что имело место нечто более серьезное, нежели вопиющее бездействие. Гудвин признался, что покидал пост примерно на час. Он отказался говорить, куда уходил. Впрочем, теперь это несущественно. Если бы он остался верен своему долгу и оправдал мое доверие, я бы уже знал, кто убил Джерина и Калмуса и, таким образом, выполнил свои обязательства перед вашей семьей, мэм.
Вулф повернул голову вправо, затем – влево.
– Да, я бы уже знал, кто из вас предал своего друга, убив двоих, и мог бы уверенно продолжать расследование. Теперь я вообще не могу его продолжать. Если говорить о Джерине, то шанс обнаружить сколь-нибудь весомую улику весьма призрачен, а скорее всего, равен нулю. Что касается Калмуса, если какие-то улики и имеются, их найдет полиция в ходе рутинных следственных действий, но уже не я. Поэтому я умываю руки.
