Вулф даже крякнул от досады, но быстро выпрямился и поинтересовался у мисс Блаунт: – У вас в этой сумке деньги, да?
Посетительница открыла сумку и достала толстую пачку банкнот, перетянутую резинкой:
– Двадцать две тысячи долларов.
Она протянула пачку Вулфу, однако тот не стал брать деньги.
– Вы говорили, что продали какие-то вещи? Какие именно? Они ваши?
– Да. У меня кое-что было на банковском счете, и я продала драгоценности.
– Ваши собственные драгоценности?
– Ну да. Конечно. Разве я могла продать чужие?
– Тогда договорились.
Арчи, пересчитай деньги.
Я протянул руку, мисс Блаунт отдала мне пачку. Я снял резинку и начал пересчитывать банкноты, а Вулф продолжал швырять в камин то, что осталось от словаря. И пока я пересчитывал пятисотдолларовые банкноты, а потом и сотенные, Вулф все швырял и швырял выдранные страницы в огонь. Я дважды пересчитал всю сумму, а когда закончил, от словаря остался лишь переплет.
– Ровно двадцать две штуки, – объявил я.
– А это сгорит? – поинтересовался Вулф.
– Безусловно.
Это ведь коленкор. Возможно, повоняет немного. Покупая словарь, вы, похоже, заранее знали, что его сожжете. А иначе заказали бы его в кожаном переплете.
Не удостоив меня ответом, Вулф бросил обложку в камин, где весело трещали поленья, которые Фриц положил вместе с растопкой. Глядя, как переплет сворачивается в языках пламени, Вулф произнес:
– Арчи, отведи мисс Блаунт в кабинет и дай ей расписку. Я к вам скоро присоединюсь.
ГЛАВА 2
Двадцать две тысячи долларов – это вам не кот начихал.
Даже за вычетом налогов и накладных расходов оставшаяся сумма частично компенсирует расходы на содержание принадлежащего Вулфу старого особняка из бурого песчаника на Западной Тридцать пятой улице, трех его постоянных обитателей – самого Вулфа, повара и домоправителя Фрица Бреннера и меня, – а также приходящего садовника Теодора Хорстмана, который проводил по десять часов в день, а иногда и больше, ухаживая за десятью тысячами орхидей в оранжерее под крышей. Однажды я подсчитал наши затраты в час за полгода, но не стану называть полученный результат, поскольку этот текст может прочесть глава местного отделения Службы внутренних доходов, который немедленно прикажет одной из своих ищеек сравнить мои данные с цифрами в налоговой декларации.
Хотя именно эти двадцать две штуки налом инспектор наверняка обнаружит в графе «доходы»."
"Но когда в четверть второго я закрыл за Салли Блаунт дверь и убрал пачку банкнот в сейф, энтузиазма у меня несколько поубавилось.
