Если Александр Сергеевич хотел меня удивить, то у него получилось. В прямом смысле офигеваю. Белов ходит по таким забегаловкам?
— Не вкусно? Хочешь мясо попробовать? — указывает столовым ножом на маленький кусь, оставшийся в своей тарелке.
— Нет, спасибо! Я не голодна, — держусь двумя руками за чашку с зеленым чаем, но сделав глоток и его отставляю. Сэкономили на воде. Из-под крана, с хлоркой, я и дома могу попить. Интересно, они за это еще и денег хотят?
— Как вам наша кухня? — скалится парень–официант, нависая сверху.
Поднимаю глаза. Сальные прилизанные волосы, пустой взгляд.
— Никак, — отвечаю честно. — Это жрать невозможно! Рыба пересушена и пересолена. Из пасты получилась слипшаяся каша. Чай — и тот из-под крана.
Даше бы заткнуться, но уж больно сильно разочарование. Белов подавился и пытается запить вставший поперек горла последний кусок стейка. Байкеры в углу оборачиваются, скрипя кожей жилеток. Паренек начинает пятиться и встревожено поглядывать в угол.
Для интереса тоже туда посмотрела. Массивное тело — просто гора тестостерона с бритой головой поднимается и великан, передвигая ходулями, движется в нашу сторону.
— Не понял, брат? Че твоей бабе моя кухня не понравилась… — со скрипом подвигает стул, разворачивая его спинкой к себе и седлая. Синие, почти цвета вечернего неба глаза нагло меня препарируют.
— Сам-то пробовал это есть? — ставлю перед ним тарелку со своим заказом, едва ковырянным.
Бугай переводит взгляд на блюдо. Берет вилку и пытается разнять слипшиеся между собой макароны. Матерится сквозь зубы.
— Вася, твою мать! Иди сюда, падла! — раздается бас, который рокотом прокатывается по стенам и, видимо, достигает ушей Васи.
— Да, босс? — повар Вася совсем немного уступает хозяину в комплекции. Как они тут в тесном пространстве расходятся такими габаритами? Любопытно осматриваю компанию, которая делает помещение еще более тесным.
— Приношу свои извинения…Э-э-э…
— Даша, — информирую лысенького.
А он вполне симпатичный мужик, если присмотреться. Аристократический длинный нос, пухлые губы. Челюстью ворочает, когда злится. Вася даже побелел и такую же лысину от пота полотенчиком кухонным утирает.
— Саня, где ты ее откопал? До этого твои бабы давились и всем были довольны, — хмыкает, посматривая на меня с уважением.
Осуждающий взгляд от Белова, дескать, нафига спалил про остальных.
