– Проход! Давай посмотрим, куда он ведет?"
"Честно говоря, я ожидала от Сени ответа вроде «лучше ничего не предпринимать, надо сообщить Дегтяреву», но в Собачкине неожиданно проснулось детское, неразумное любопытство.
– Согласен. Только я пойду первым.
Глава двадцать седьмая
– Сколько времени мы шли? – уточнил Сеня, стоя у следующей лестницы, которая вела наверх.
– Минуту и десять секунд, – ответила я.
Собачкин поднялся по ступенькам и попытался приподнять прямоугольную крышку.
– Не поддается. Вероятно, где-то есть механизм, который управляет открытием-закрытием.
Я начала водить лучом света по стенам и полу и вскрикнула:
– Рычаг! Сейчас дерну!
– Стой, – велел мне приятель и быстро спустился. – Теперь можно.
Я потянула за палку, которая торчала из земли. Сверху показалось отверстие.
– Здорово! – восхитился Семен. – Судя по материалам, убежище было сделано давно, скорее всего, до перестройки. Но механизмы работают! Умели раньше строить на века!
– Поднимаемся! – загорелась я.
Собачкин почесал в затылке.
– Сверху не дует, но там не темно. Значит, попадем не на улицу, а в помещение, где горит свет или есть окна. Вероятно, в жилой дом. Что скажем хозяевам?
– «Добрый день, – хихикнула я, – угостите чаем. Устали мы, долго до вас добирались».
– Сомневаюсь, что они со всех ног кинутся на кухню, – забубнил Семен, шагая по ступенькам. – Знаешь, у тебя некий дар.
– Какой? – поинтересовалась я, двигаясь следом.
– Совершать инфернальные глупости и заставлять умных людей участвовать в них, – пробасил Семен и выглянул из люка.
– Никого, пусто!
– Что там?
Семен исчез из виду. Я тоже быстро вылезла в комнату… и не сумела сдержать эмоций.
– Это же кабинет Алевтины Тимофеевны! Мы сейчас находимся в маленьком доме, который стоит на участке Геннадия. Вроде он подался в монахи, но это лишь догадки. Но мы шли чуть дольше минуты, а отсюда до дома, в котором живет Кожин, так быстро не попасть! Прямо колдовство!
– Да нет, – возразил Сеня.
– Когда передвигаешься поверху, шагаешь по проложенным тропинкам и дороге. А под землей мы шли напрямик.
– Создается впечатление, что у Кожина в этой землянке когда-то жил человек, который не хотел, чтобы его видели посторонние. Если кто чужой заходил в гости без спроса к Семену Петровичу, он живо прятался в подпол и сидел там, пока горизонт не очистится. Визит чужака мог задержаться – для такого случая поставили топчан и ведра, которые заменяют туалет.
