– И как определить, где в комнате север?
Мы обе застыли в молчании, потом я еще раз посмотрела на то, что лежало на полу, и обрадовалась:
– Смотри, буква «N»! Она определенно означает «норд».
– Точно! – подпрыгнула Марина. – Ставим туда красную свечу, синюю – на юг, зеленую – на восток, оранжевую – на запад. В центр помещаем особую емкость с пятью кусками положительно заряженного энергетического сахара и золой от сожженных рогов бермудского кузнечика. Зажигаем фитили, берем пузырек. В каждую ноздрю по шесть капель.
При этом надо читать молитву.
– Название написали? – задала я резонный вопрос.
– Не написали. Ты знаешь какую-нибудь?
Я напрягла память.
– «Санта Мария»!
– Она католическая, – хихикнула Марина, – нам нужна православная.
– Посмотрю в интернете, – сообразила я и вытащила телефон. – Вот тут объяснение на портале «Заговоры, обряды»: «Если надо произнести молитву, а вы нехристь или не знаете, какая у вас вера, говорите: «Молюсь, молюсь». А кто капать должен?
– Конечно, жена, – удивилась вопросу Марина и продолжила: – «Потушите свет.
Используйте изгнатель Кракозябры только при свечах».
Я щелкнула выключателем.
– Начинаю, – пробормотала Марина, – начинаю, начинаю, начинаю…
– Уже начни в конце концов! – не выдержала я.
– Темно, – пожаловалась верная спутница жизни Дегтярева, – не вижу, куда капать. О! Попала. Раз, два, три…
Дегтярев чихнул.
– Сначала, – вздохнула его жена. – Раз, два, три, четыре…
– Стой! – зашипела я. – Надо всего шесть капелек.
– Я четыре только сделала, – донеслось в ответ. – Пять…
– Ты забыла, что три он получил раньше. Итого восемь.
– Шесть! – объявила Марина. – Ура!.. Ты не слышишь шорох?
– Вроде тихо.
Глаза подруги стали как у совы.
– Помогите…
– Что случилось? – вздрогнула я."
"Мариша молча показала пальцем туда, где располагались ноги ее мужа. Шерстяной плед тихо зашевелился, потом приподнялся, и из-под него высунулась башка с черными длинными волосами. Мы с подругой не сговариваясь рухнули на пол, одновременно засунули головы под кровать, на которой мирно посапывал Дегтярев, и попытались залезть под нее.
– Растолстела ужас как, – пожаловалась Марина.
– Мой вес не изменился, – пропыхтела я, – но есть пространства, в которых даже кошка застрянет.
– Слышишь чавканье? – прошептала Марина.
– Да, и хрумканье. Кто-то что-то ест! – после небольшой паузы ответила я, вытащила голову, чуть приподнялась и обомлела.
