Волосы собраны в пучок, глаза не голубые, а карие, никаких украшений, одежда из массмаркета. Но я узнала даму.
– Душенька Дашенька, – начала она, – времени мало, это наш с вами последний разговор. Думаю, что столкнул меня на рельсы в метро мужчина с бородой, усами и в бейсболке. Как говорится, лицо кавказской национальности. Но есть сомнения, что он с Кавказа. Растительность легко приклеить – у меня у самой сейчас глазки не цвета итальянского неба. После вашего ухода я позвонила Андрею Константиновичу Зимину. Он при всех политических режимах был богат, с хорошими связями в разных слоях общества.
Почему я обратилась к нему?
Екатерина прищурилась.
– Я правда любила Василия. Но он не был так хорош, как я описала его в нашу с тобой первую встречу. Была в душе Марина гнильца. Ему нравились жестокие игры в постели – придушить меня, прижечь сигаретой. Пока все выглядело забавой и не причиняло сильной боли, я не спорила. Но потом он так меня ударил, что я приняла решение более не поддерживать отношений.
Не стану описывать драку между нами. Для меня она не стала неожиданностью, я подготовилась. Сумела его победить, выставила за дверь. Я выдохнула, долго его не видела, и вдруг – поздно вечером звонок в дверь. На пороге Марин: «Не бойся, не причиню тебе зла. Помоги. Надо спрятаться». И рассказал, как убивал девушек. Он дружил с Костей Зиминым и Геной Волковым, я их прекрасно знала. Костя часто приводил девушек, парни по очереди с ними развлекались. Гена рассказал Марину о своей диссертации, о ритуале и пытках ведьм.
Василий вдохновился, и когда очередная шлюха ушла, он ее догнал и назначил свидание. Несколько раз он встречался с девицей, изображал влюбленного, потом привел поздним вечером в парк, опоил каким-то питьем, поиздевался над несчастной и бросил тело в костер. Утром он сообщил Косте и Гене, что убил девушку, смеялся: «Вы мои сообщники! Зимин бабу приволок, Генка питье сварганил. Если сдадите меня, окажетесь подельниками!» И так поступал он не один раз.
Я молча слушала рассказ Екатерины, а та продолжала:
– В конце концов Ваську пригласил на встречу какой-то мужчина.
Имени своего не назвал. Этот человек велел: «Затаись где-нибудь, домой сегодня не возвращайся». Вот Марин и прибежал ко мне, сказал: «По распределению я должен был уже давно находиться в Тбилиси, но не испытывал желания туда отправляться. Поступил в аспирантуру, надеялся, возьмут кого-нибудь на мое место, а сейчас туда полечу. Мне там квартиру приготовили.
