«Что ты видишь во взоре моем, в этом бледно-мерцающем взоре?» – «Я в нем вижу глубокое море с потонувшим большим кораблем…» Вот и вся твоя жизнь, поручик Радовский… Он горько усмехнулся, подспудно вспоминая вкус коньяка, которого, кажется, не осталось ни капли. Что твоя жизнь? Море затонувших кораблей. Кладбище… Пустыня… Тебе, поручик, даже бутылку коньяка выпить не с кем. И никто никогда не узнает о безумной, предсмертной борьбе и о том, где теперь отдыхает тот корабль, что стремился к тебе… Африка. Африка – это, конечно же, выход из того кочующего «котла», в котором он теперь находился.
Африка… Сакович постоянно говорил об Африканском корпусе.
– Покажи точно на карте то место, где вы обнаружили землянку. – И он развернул перед Лещенко карту и бросил на стол остро отточенный карандаш.
И с тоской подумал: мечта об Африке – это то же, что и мечта об Озере, об уединенном хуторе среди непроходимых лесов. Ни там, ни там он не нашел бы покоя. Африканский корпус – это химера, иллюзия спасения. Такая же, как и штрафная рота в РККА.
Воевать рядом с итальянцами, которые не хотят воевать…
– Землянку мы обнаружили вот здесь, за речушкой, на противоположной стороне от хутора. – И Лещенко отчеркнул галочкой предполагаемое место найденной ими землянки и бережно, как дорогую хозяйскую вещь, положил карандаш на карту. Лещенко предан ему, как собачонка. Но будет ли он видеть в нем хозяина, когда обстоятельства изменятся и майор Радовский станет одним из тысяч бегущих на запад от советской артиллерии и танков?
Какая к чертям собачьим Африка?.
. Какое Озеро?..
Через десять минут группа уже стояла в полном сборе на опушке леса.
– А вас, обер-фельдфебель, я попросил бы о следующем: по возможности усилить патрулирование вот этого коридора. – И Радовский указал палкой на схеме, вычерченной на песке, участок леса и болот между хуторами Малые Васили и Чернавичи. Он ткнул концом заостренной палки в тщательно вычерченную косу и посмотрел на Гейнце. – Вот эту косу, которая, как я понял, уходит в сторону обороны противника, необходимо перекрыть хотя бы одним пулеметным расчетом.
– У меня для этого очень мало людей, герр майор, – сдержанно возразил командир опорного пункта. – И пулеметов тоже.
Обер-фельдфебель Гейнце понял, что этот майор неплохо знает местность и то, что коса – самое слабое их место. Именно на косе неделю назад попал под огонь снайпера их наряд. Никто не пострадал только потому, что в составе группы оказались одни старики. Зато ползли на пузе шагов сто.
