— Она бы выглядела довольной даже, если бы я вещал ей о морге. Это такой тип девушек, они заглядывают в рот и кивают на все, что им скажешь, лишь бы обратить на себя внимание.
— Но ты же не уходил, значит тебя это устраивало.
— Я ждал тебя, — Лев уверенно сокращает между нами расстояние, заставляя меня отступить назад. — А тут этот бомж.
— Он не бомж. Он нормальный парень.
В серых глазах вспыхивают молнии.
— Хочешь вернуться и провести остаток вечера с ним? — не замечаю, как оказываюсь в капкане мужских рук.
Спиной упираюсь в ограждение, а бокал в руке подрагивает.
— А если и так? — с вызовом вскидываю подбородок.
От его близости начинает кружиться голова и колени слабеют. Вот что он за человек? Почему не может общаться нормально⁈ Только давит, душит.
— Придется отказаться от этой мысли, — произносит как будто с угрозой.
— Это еще почему?
— Думаешь я ему телефон твой не дал, чтобы сейчас отдать тебя ему прямо в руки? Обойдется. И ты тоже обойдешься.
Оу…
Не успеваю найти слов для ответа, как Лев мягко, но уверенно обхватывает мой подбородок и прижимается своими губами к моим.
Раздвигает их языком, проникает им в рот, вынуждая меня прикрыть глаза от взорвавшегося фейерверка ощущений.
На этот раз поцелуй ощущается иначе. В нём нет агрессии, злости, в нем настойчивость и неприкрытое желание, курсирующее из его тела в моё и выбивающее почву из-под ног.
Наощупь отставив бокал на балюстраду, оплетаю его шею руками и отдаюсь этим ощущениями, как урагану. Он подхватывает меня, поднимает над землей и закручивает с такой силой, что кажется, я готова потерять сознание.
Ни о Кирилле, ни о длинноногой я, естественно, больше не думаю. Это просто невозможно, когда тебя так целуют.
Как долго? Я понятия не имею. Отрывают нас вошедшие на террасу мужчины. Прокашлявшись и бросив — простите, что потревожили, отходят дальше, но я уже красная до кончиков ушей, прячу лицо на груди Льва."
"Его сердце неистово колотится, сам он, обнимая меня, будто закрывает от чужих глаз и напоминает кремень.
Мышцы напряжены, дыхание сбивчивое.
— Я же говорю — беда, — произносит мне в макушку, а я улыбаюсь.
Примерно представляю его состояние, потому что сгораю сейчас от точно такого же.
— Потанцуем? — предлагаю, чтобы как-то разбавить напряжение.
— Я не танцую, Злата.
— М-м-м, ну тогда, может с Кириллом?
Сжав мои плечи, Лев отстраняет меня от себя и пристально смотрит в глаза. От серьезности в его взгляде меня бросает в мороз.
