Она замычала, замотала головой, пытаясь освободиться, а я на автомате ринулся к ним.
— Не-а, — Кирилл тут же направил на меня ствол, а Демид вцепился сзади, останавливая от необдуманного поступка.
— Стой, дурак! — прошипел, оттаскивая меня назад.
— Вот, Арт, слушай брата. Он плохого не посоветует. Демид у нас самый умный, да? Всегда знает кому и что лучше делать?
— Что за игры, Кирилл?!
— Понравилось? — ухмылялся он.
— Мы похоронили тебя, сукин ты сын! Год оплакивали! А ты оказывается жив. И творишь не пойми что!
— Ну, во-первых, похоронили вы не меня, а какого-то бедолагу из-под моста.
Мне его Эд поймал и привез к нужному месту, в нужное время. И пока Вероника там по грязи ползала, да стонала, мы его подменили, а потом горело так, что хрен чего в останках разберешь. Головешка и головешка. — Он рассказывал об этом так просто, будто речь шла о забавном случае в деревне у бабушки, — дальше вы все знаете. Похороны, кстати, красивые были. Спасибо. Мне понравились. И слова такие сильные вы толками, прямо уххх, мурашки по коже.
Я от и до там был. Даже земельки бросил, когда закапывали. Отличное кино вышло.
Это песец! Полный песец. Сюрреалистический бред. Мы его хоронили, а он рядом был и угорал над нами.
Меня будто вспороли, выпотрошили на живую, и бросили подыхать в грязной луже. Так больно, что не вздохнуть.
— Видели мы твое кино! — сквозь зубы процедил Демид.
— О, вы наконец нашли мой старый канал? Браво, — протянул Кир, лениво хлопая в ладоши. — Я уж думал, что этот счастливый момент никогда не настанет.
Даже собирался ссылочку на почту скинуть. Кстати, у меня теперь новый есть, на теневой стороне. Называется «забери, что осталось». Я там образ сменил, а то Бэтмен уже народу приелся. Если интересно, можете поискать.
— Зачем? — прохрипел я, — зачем ты все это делаешь? Мы же тебя с соплей растили. Все для тебя делали, заботились…
— Да, вы задолбали меня своей заботой. Кир туда нельзя, Кир сюда нельзя. Это не делай, туда не ходи. Мы лучше знаем, что делать и как. Шага ступить нельзя было, чтобы один из вас тут же не вылез и не сказал, как надо жить.
Я до сыта нажрался ваших указаний! Мне осточертело сидеть на цепи и слушать тупые нравоучения. Мы для тебя то, мы для тебя это, а ты сиди и не пи*ди, потому что «Мелкий» — после последнего слова он брезгливо сплюнул, — затрахали.
У меня в ушах шумело от всей этой херни."
"— Ты мог сказать, — холодно заметил Демид, — мы бы решили проблему…
— Алле, Дем! — Кирилл помахал пушкой, — я говорил. И не раз.