С остальным разберутся по ходу пьесы.
Тамара шагала впереди, за ней гуськом топали Гуров и Крячко. По узкому коридору шли довольно долго. Два поворота, одна перекошенная дверь, еще один поворот и еще один узкий коридор. У металлической двери остановились. Тамара пошарила рукой по стене, отыскала ключ и, отперев металлическую дверь, буквально втолкнула Крячко внутрь. Не желая повторить «полет» напарника, Гуров поспешил проскользнуть в дверь без посторонней помощи. Оказалось, что она ведет во внутренний двор, закрытый от посторонних глаз со всех четырех сторон.
– Это наша курилка, – как бы между прочим сообщила Тамара. – Вон на ту скамейку пойдем, там нам будет удобно.
Усевшись на скамью, она достала из кармана пачку сигарет и тонкую зажигалку. Прикурив сигарету, сделала пару затяжек и только после этого снова заговорила.
– Будем о цене договариваться или без торга на мою таксу согласитесь? – профессионально пуская кольца дыма прямо в лицо Крячко, спросила буфетчица.
– Без торга неинтересно, – игнорируя взгляды Гурова, заявил Крячко.
– В этом самое удовольствие.
– А тебе, красавчик, удовольствия подавай, – хохотнула Тамара. – Ладно, называй свою цену. Может, за красивые глаза маленько и сброшу.
– Ну, хватит! – резко оборвал ее Лев. – Поигрались, и будет. Не знаю, что вам сказал мой напарник, но уверен, что к истинной цели нашего визита его слова не имеют ровным счетом никакого отношения.
– Так, – недовольно поджав губы, протянула Тамара. – Та-а-ак! Развод, значит? И как это я сразу не просекла? Стареешь, Тамара Андреевна!
– Я бы не был столь категоричен на этот счет, – поспешил вклиниться Крячко.
– Вы, Тамара Андреевна, женщина в самом соку, можете не сомневаться.
– Да пошел ты со своими подкатами! – чуть обиженно бросила Тамара. – Я Наташку за себя в буфете оставила, а ты мне туфту прогнал! И кто ты после этого?
– Полковник полиции Стас Крячко, – представил друга Гуров. – Московский уголовный розыск, – и сунул под нос Тамаре удостоверение.
Та внимательно рассмотрела красные «корочки», сравнила фото с оригиналом и, подбоченившись, заявила:
– Меня уголовкой не напугаешь.
Я закон блюду, так что убирай свою ксиву, полковник, и погонами своими не козыряй. Знаешь, какие у нас в привокзальном буфете фрукты попадаются? Не чета вам, полковникам. К нам и генералы захаживают.
– Полиции не боитесь, значит? Похвально, – отстраняя Гурова, проговорил Крячко. – Нас, как представителей власти, это только радует.
