Дал бы знак! Может быть в нем ревность проснется? Да я его собственность, его вещь, но люди даже вещи свои берегут от других, пользуются только сами. А он, считая меня свой, отдает меня другому мужчине. Будет ли ревновать?
– Что встала, тебя уже ждут! Не спи! Работай! – грубо говорит он.
Тут у меня словно ком подкатывает к горлу, мне становиться нестерпимо обидно, он пытается меня принудить к сексу с другим мужчиной, при этом еще и говорит со мной в таком приказном тоне.
Мне стало так себя жалко, что я расплакалась. Теряю контроль над ситуацией.
– Чего ты ревешь, как ребенок. Конфетку хочешь? Сереж достань свою конфетку, пусть эта плакса пососет чупачупс и успокоится.
Смеются, весело им. Сергей стягивает штаны. Клиент подходит ко мне и ударяет меня в живот, из-за чего я нагибаюсь вперед. Он хватает меня за волосы и ведет к Сергею, нагибая прямо к его паху. Они оба смотрят на меня и чего-то ждут. Я плачу, слезы ручьем текут по щекам, но скорее от моральной боли, нежели от физической.
– Долго тебя ждать, шлюшка? Давай бери в рот и начинай сосать уже! – голос клиента звучит раздражительно, он оказывается не такой приветливый, как показался на первый взгляд.
Мой разум в ужасе и шоке. Я просто сгораю изнутри, от стыда, злости и унижения. Какой-то левый человек заставляет меня сосать Сергею, с которым у меня был такой волшебный секс. И при этом они оба меня совсем в грош не ставят, за человека даже не считают.
Я им нужна только, как игрушка для их сексуальных утех. Все мои надежды на то, что в моей жизни что-то измениться к лучшему, рухнули в одночасье.
Член Сергея свисает перед моими глазами, а я громко плачу, не смея даже пикнуть из-за стыда и страха. Тем более я не рассчитывала, что Сергей будет присутствовать сейчас при этом унизительном процессе моего “воспитания”.
Я готова была сосать Сергею, но не так, как это происходит сейчас: когда меня держит за волосы какой-то мерзавец и требует, чтобы я немедленно сосала при нем и не кому иному, а именно Сергею, человеку которого я ненавидела и одновременно любила, который постоянно позволял себе обзывать и бить меня.
Но выбора у меня нет, я не могу допустить, чтобы они сейчас начали меня наказывать за мою непокорность. Хватит уже, я знаю, что следует за непослушанием.
