Надеюсь, Лерка все еще в моей квартире. Спит, свернувшись на диване калачиком. Нашла коньяк, допила его и пребывает в беспамятстве.
Поглощенная мыслями о Лерке, я забыла о своем брате и вроде бы удивилась, когда он следом за мной оказался во дворе.
– Ася!.. – крикнул он, бросившись мне наперерез. – Ася, тебе нельзя находиться в городе. Ради бога… я обещаю, Илья приедет уже сегодня. Ты слышишь меня, слышишь?
Я что-то промычала в ответ. А он меня ударил. Ладонью по щеке, один раз, другой, и я вытаращила глаза.
– Прости, – сказал он.
– Если бы ты только видела себя сейчас. Поедем отсюда.
Он цепко держал меня. «Так я ничего не добьюсь», – пронеслось в голове.
– Ты… Ты правда обещаешь? – пролепетала я.
– Ну конечно, когда я тебя обманывал?
– Да… – Я покачала головой и добавила: – Я люблю тебя, очень…
– И я тебя. Ты знаешь.
– Я хочу, чтобы со мной поехала Лерка.
– Лерка? Хорошо, я привезу ее.
– Нет. Сейчас. – Я сделала шаг к подъезду. Если он попытается затащить меня в машину, я закричу.
– Хорошо, попробуем ее найти.
– Сашка говорил ласково, с какой-то раздражающей интонацией, точно считал меня тяжело больной.
– Ее не надо искать. Она у меня. Здесь, в квартире.
– Давай поедем на дачу, а потом я привезу Лерку, – попросил Сашка.
– Что за чепуху ты несешь? – разозлилась я. – Мы стоим возле моего подъезда.
– Возможно, ее уже нет в квартире, она запросто могла уйти.
– Так давай проверим, – предложила я и сделала шаг. Сашка пошел рядом.
Я открыла дверь своим ключом и торопливо прошла в комнату, потом в кухню.
Лерки нигде не было.
– Эй! – позвала я."
"– Я же говорил, она ушла, – вздохнул Сашка. – Пьяной ей вечно не сидится на месте.
Я шагнула к дивану. Леркина сумка все еще валялась между диваном и креслом. Расстегнутая. Возможно, она просто забыла ее… Я бросилась в ванную, толкнула дверь, включила свет…
Лерка лежала по горло в воде странного красного цвета. Голова запрокинута, лицо неестественно белое, одна рука в воде, другая свисала с края ванны, под ней на полу собралась лужица крови, а рядом кухонный нож, рукоятка бурого цвета, вены на Леркином запястье перерезаны несколько раз.
Я испуганно шагнула в сторону и натолкнулась на Сашку. Он стоял в дверях, глаза его округлились и странно сверкали, а лицо было почти таким же белым, как Леркино.
– Я знал, что этим кончится, – прошептал он. – Я чувствовал…
Я покачала головой и усмехнулась, продолжая пятиться от своего брата.
– Ты спятил, Саша, – смогла сказать я.
