– Ох, и завидую я тебе, старина Тео! Был бы и я рад потоптаться на непаханой борозде! Может, уступишь красотку на одну ночку? Вообще-то эсквайр должен покориться мне, как лорду. Может, мне и впрямь затребовать право первой ночи, а?
И, точно по сигналу, послышался гогот и пошлые шуточки остальных мужиков, что сидели с ним рядом. Хоть они были и разодеты в богатые одежды, эти баронеты и лорды здорово напомнили мне каких-то гопников из подъезда – пьяные красные рожи, смеющиеся рты…
Лидия Гарднер и ее подруги тоже сидели за этим столом.
Они потупили глазки и попытались сделать вид, что смущены, но я видела насмешку, промелькнувшую у них на губах. В голубых глазках Гарднер даже что-то вроде надежды обозначилось – ну, как и правда, толстяк заберет меня на первую ночь?
Как не ненавидели они Цицинателлу, это, по-моему, было уже слишком…
Я посмотрела на Теодора, желая понять, как он отреагирует на выходку противного пузана… Реакция мужа превзошла все мои ожидания…
От него волнами исходила агрессия и опасность… Вернее, не так… ОПАСНОСТЬ! Большими красными буквами.
Кулак Теодора сжался – толстая железная вилка смялась в сильных пальцах, как пластилиновая… Мне кажется, что только одна я заметила, как мало его рука при этом стала походить на человеческую.
Скорее, на лапу какого-то жуткого и мощного зверя… Жидкая сталь, в которую расплавился несчастный столовый прибор, закапала на скатерть.
Он был великолепен в этот момент в своей дикой всепоглощающей ярости, что искрами расплавленного металла заблистала в золотисто-карих глазах.
Великолепен и совершенно неуправляем.
Наверное, только в этот момент я по-настоящему осознала, что все происходящее – реально. Что это не шутки – сегодня я стала женой чудовища…
Эсквайр Рутланд медленно поднялся, а затем…
ГЛАВА 10
Затем мой муж подошел к толстому лорду и одним резким движением встретил его луноликое лицо с поверхностью дубового стола. После чего его из-за этого самого стола с легкостью достал.
Несмотря на внушительный вес толстяка, мой эсквайр сделал это вообще без каких-то усилий, словно держал на весу не многокилограммовую тушу, а какой-нибудь фитбол.
Я в очередной раз смогла убедиться, как нечеловечески силен Теодор… И как он страшен бывает в гневе.
– Что вы себе позволяете, милорд Рутланд? Я – почтенный лорд! – пропищал любитель потоптаться на непаханых бороздах. – Род Макинтошей намного древнее вашего, и вы должны…
– Должен попросить вас незамедлительно покинуть мое торжество, лорд Макинтош.
