– То есть ты хочешь навязать малышу свое чувство стиля и с самого рождения заковать его в рамки авторитарного мнения?!
– Перегибаешь палку. Только посмотри, какой роскошный оттенок!
– Роскошный, – соглашаюсь. – Но не для детской новорожденного малыша!
– Черт! – отшвыривает прочь портфолио. – Ты нарочно это делаешь! Споришь со мной во всем. В каждой мелочи. Каждую деталь ты воспринимаешь в штыки!
– Это не так. Мы просто по-разному смотрим на мир. Мы вообще слишком несовместимые!
– Я бы так не сказал.
Пестик и тычинка стыковались, как надо.
– Опять ты про секс? Ни о чем, кроме него, не думаешь?
– Я думаю и выбираю цвет спальни своему сыну. Ты отказываешься это сделать. Спор разгорается на ровном месте. Кто виноват?
– Точно не я.
– Конечно. Потому что есть корень зла в виде меня.
Анваров в ответ начинает листать папку с примерами текстур для стен. Мне становится неловко перед мужчиной. Потому что он заботится о том, что для него очень важно, а я выгляжу просто капризной девицей, несмотря на то, что день прошел лучше, чем всегда.
– Амир.
Ноль реакции.
– Ты зря ты думаешь, что я все делаю тебе назло. Просто не хочу ничего покупать заранее.
– Суеверная, что ли? – смягчается немного.
– Не знаю. Никогда не была такой. До беременности.
– Все будет хорошо, – говорит решительным тоном. – Просто скажи, какой цвет тебе нравится.
Пожалуй, именно этого мне не хватает. Уверенности, что все пройдет по плану и не сорвется раньше срока.
– Сложно… Их так много.
– Тогда выбери варианты, которые тебе нравятся. Я выберу свои. Вдруг где-то наши вкусы пересекутся? – предлагает Анваров.
– Ты не будешь подглядывать?
– Мне это ни к чему. Выбирай…
Отхожу в другой конец комнаты с каталогом, Айс бегает за мной по пятам и играет с моими ногами, пытаясь схватить за пятку.
– У меня все!
– У меня тоже. Показывай, – предлагает Анваров.
Я листаю альбом, показывая листы, отмеченные цветными флажками. Среди вариантов, выбранных мной, я отметила и тот самый оттенок берлинской лазури, решив, что Анваров тоже выберет и другие варианты…
Однако когда он показал свой выбор, я ахнула.
– Мошенник!
Амир выбрал только один цвет – берлинской лазури! В итоге получилось, якобы мы вдвоем выбрали тот самый цвет, который он изначально хотел для детской.
– Ты хотя бы раз можешь не жульничать?
– Я не жульничаю, я показываю тебе, что значит быть гибкой.
– Я гибкая.
– Я говорю о гибкости мышления.
